Кофе, шпильки и… Любовь полностью

Но, все же решившись однажды выложить кусочек рукописи в своем инстаграме @l_prip, получила волшебный пендель от моих друзей Кости @costagorelov и Юли @julia_emelianova_art, которые тут же активно включились в операцию по изданию #кофешпилькиилюбовь. Ребята не только поддержали меня морально, вычитали рукопись, подсказали как жить дальше, но и снялись для обложки (до сих пор не знаю, как я не сняла с Юли ее прекрасные туфли и не скрылась в ночи, выкрикивая «моя прееелесть»!). Ей, кстати, отдельное огромное спасибо за то, что отредактировала мои каля-маля!

И, наконец, не отходя далеко от кассы, хочу сказать этим двоим: ГОРЬКО! (кто знает, тот поймет).

А мой @myr_way не только воплотил мечту с обложкой в реальность, выступив в роли фотографа, но и поддерживал все это время, не давая мне возможности спрятаться в углу и забить на книгу. А ведь я могла. До сих пор подозреваю, что ему кто-то заплатил, чтобы он женился на мне… ;)

И, конечно, отдельную благодарность выражаю моему дедушке Серебрякову Александру Германовичу за неоценимую поддержку в реализации моей мечты. Для меня это очень ценно. Спасибо!

P.S. Мам, пап… Ну типа, любовь на веки, да?

Свет в больницах всегда такой белый, какой-то мерзкий. Я не любил этот свет. Но сегодня мне было на него наплевать.

Я не мог попасть в ее палату. Уже полчаса там сидел этот ублюдок. Они о чем-то говорили. Но я не знал, о чем. Внутри все разрывалось от злости и тревоги.

Ну что он там забыл?

Сзади скрипнула дверь. Я обернулся. Из палаты вышел этот козел и, увидев меня, пошел навстречу. В его глазах горела ненависть. Однако мне было все равно – я хотел попасть туда, откуда вышел он.

– Она в порядке? – резко спросил я.

– Тебе нельзя туда входить! – он толкнул меня в грудь, как только я попытался сделать шаг к белой двери.

Я решил не тратить время попусту и быстро направился к двери.

– Оставь ее в покое! – крикнул тот мне вслед, но я уже повернул заветную ручку и зашел в палату.

Тусклая лампочка почти не освещала помещение. Я сбавил шаг.

– Это снова ты? – раздался голос у окна. Волна облегчения окатила меня изнутри.

– Это я, Зой, – тихо ответил я, сделав шаг в сторону ее кровати.

– Кто «я»? – В ее голосе чувствовалась тревога.

– Костя…

Она ничего не ответила.

– Дорогая, я так волновался! – наконец пришел в себя я и подошел к ней. Она выглядела уставшей, но все равно оставалась красивой… Мне хотелось взять ее на руки и унести куда подальше. – Как ты себя чувствуешь?

Ее лицо, по-прежнему излучавшее тревогу, беспокоило меня.

– Молчишь? – может она обиделась, что я пришел не сразу? – Меня не пустили к тебе, как только я приехал, меня попросили подождать… Прости… Мне так жаль. Мы найдем того, кто сбил тебя! – и я взял ее руку. Но она резко выдернула ее.

– Мужчина… – неуверенно начала она. Я обернулся посмотреть, к кому она обращается. Но ее глаза смотрели прямо на меня:

– Вы кто?

Мне сорок. И черт меня подери, если я испугалась того дня, когда разменяла пятый десяток.

По прогнозам синоптиков сегодня будет жаркий день – лето, как-никак. Но синоптики вечно ошибаются. Поставь их кто-нибудь прогнозировать судьбу людей – и жизнь бы покатилась к черту. Я вас уверяю.

Еще только четыре утра. Назойливые солнечные лучи уже который день будят меня ни свет ни заря. Рядом спит муж. Его мерное похрапывание перестало мешать мне уже на втором году брака. Привычка, знаете ли. Ко всему привыкаешь. И если раньше я готова была удушиться от этих звуков, то сейчас мне просто все равно.