— А ты найди. Это вопрос жизни и смерти.
Разве это не всегда так?
— Уверен, ты разберешься.
— В обычной ситуации, да. — Нэкси потрясла кулаком для выразительности, затем уронила руку и добавила: — Но тогда Мелли права, сказав, что у тебя, вероятно, будет проблема со мной, так как я собираюсь испортить лицо твоей подруги, тем более, что она — человек и все такое…
Так и не войдя в открытый лифт, Арик застыл на месте и повернулся лицом к кузине.
— Когда ты говоришь подруга, ты имеешь в виду Киру?
Это просто невозможно. Он запер её в пентхаусе. Если только она не воспользовалась шансом сбежать, когда доставляли еду с кухни. Как говорят его многочисленные кузины-подростки, ответ громкое «Ещё бы!».
«Так и знал, что она притворялась. Сбежала при первой же возможности. Или это она так думала. Я поймаю её и покажу, кто здесь босс. Буду кусать её нежные местечки, пока она не забудет о побеге».
— Эта цыпочка Кира — парикмахер?
Он кивнул.
— Тогда, да, она. И ты должен что-то сделать с ней. Знаешь, она думает, что я должна обрезать свои волосы! И покрасить их в каштановый, — его кузина практически задохнулась на последнем слове. — Её нужно остановить.
Его челюсть свело от сдерживаемого смеха. Он закусил щеку изнутри. Это не помогло. Губы Арика дернулись, и он расхохотался.
Нэкси топнула ногой, обутой в военный ботинок.
— Не смешно! Эта парикмахерша хочет заставить меня выглядеть добропорядочной и милой. Это просто неправильно!
Наконец, появилось хоть что-то, что он мог использовать против младшей двоюродной сестры.
— Тогда тебе надо лучше вести себя, или как твой альфа, я разрешу сделать это.
Её глаза сузились, одновременно с вызовом и сомнением.
— Ты не посмеешь.
— Я альфа. Я посмею. И она тоже. Или ты не заметила, что случилось с моей гривой, когда разозлил её? — Он не уточнил, что ему понравился его новый образ. Всё, что могло удержать эту нарушительницу спокойствия в повиновении, стоило невинной лжи.
Острые зубки Нэкси беспокойно покусывали нижнюю губу.
— Что, если я пообещаю, что буду держаться от нее подальше?
— Тебе нужно сделать больше. Ты должна улучшить свое поведение, чтобы избежать ножниц. — Он щелкнул пальцами перед ней, имитируя ножницы.
Она отшатнулась:
— Как себя вести?
— Давай начнем с улучшения оценок.
Её плечи опустились, когда она вздохнула:
— Ладно.
— Хорошо. Держи свои лапы подальше, и я уговорю Киру не приходить к тебе с феном и кистью для покраски. К слову о ней, где именно моя подруга улучшает ситуацию с волосами в прайде?
— В вестибюле. Пара девчонок поймала её на попытке уйти, и когда мы спросили, знаешь ли ты…
Кира пыталась солгать представительницам кошачьих и попалась. По крайней мере, женщины его прайда, похоже, не причинили ей вреда, а просто задержали.
Это означало, что он столкнется с яростью Киры, когда вернется. Но играть в предательство можно и вдвоем.
Она попыталась сбежать.
«Во-первых, она нарушила свое обещание, что грозило расплатой. И, во-вторых, ей нужно было признать, что она — МОЯ».
Пришло время узнать, что это значит.
Время показать, с кем она имеет дело.
Время выпустить своего внутреннего зверя.
«Р-р-р».
Побег провалился.
Её поймали сильные руки.
— Пусти.
— Нет.
Её беспощадно забросили на мускулистое плечо. И никто не попытался остановить похитителя. Напротив, лица большинства выражали веселое изумление или откровенно ухмылялись.
— Опусти меня.
— Нет.
— Арик! — Кира практически прорычала его имя.
— Я упоминал, насколько мне нравится, когда ты так произносишь мое имя? По-настоящему нравится. — Урчание в его голосе не оставляло никаких сомнений относительно его намеков.
Кира попробовала другую тактику и обратилась к женщинам, с которыми только что подружилась, делая им стрижки:
— Эй, вы будете просто стоять и смотреть, как он снова меня похищает? — Кира поймала взгляд Зены и умоляюще на неё посмотрела.
Но её новая подруга с шикарной многослойной филировкой всего лишь пожала плечами:
— Он альфа.
Что, видимо по её мнению, объясняло всё, но ввело Киру в замешательство лишь ещё больше. Что происходит, все эти женщины, казалось, подчинялись Арику? Или, что ещё хуже, они были у него в рабстве?
Не успел Арик поставить Киру на ноги в кабине лифта, как она принялась ругаться, уперев руки в бедра:
— Какого чёрта, здоровяк? Ты не можешь таскать меня, как мешок с картошкой.
— Почему нет?
— Потому что так не делают. Я настаиваю, чтобы ты дал мне уйти, сейчас же.
— Ты обещала, что не уйдёшь.
— А что ты ожидал услышать, когда решил сделать меня своей пленницей.
— Заключение подразумевает клетку и лишения. Что ты вряд ли сможешь сказать о моём пентхаусе со всеми удобствами.
— Нет, а вот тот факт, что я не могу уйти, говорит. Позолоченная клетка по-прежнему остается клеткой.
— Это для твоей же безопасности. Твой бывший не сдался.
Кира застыла при этом признании.
— О чем ты?
— Он пытался приблизиться к твоей квартире. А недавно звонил в парикмахерскую, разыскивая тебя.
— Моя семья…
— В безопасности. У меня есть люди, охраняющие их всех. Этот Грегори не приблизится к ним и не навредит. Но для тебя снаружи небезопасно.
