Подполковник Речкин вручил капитану «жучок», аппарат для прослушивания и записи, а потом добавил и миниатюрную видеокамеру. Ее, как и все прочее хозяйство такого рода, привезла ему в кейсе Лариса Петровна после встречи с офицером диверсионного управления.
– Аппарат оставишь охране. Покажешь, как пользоваться. Программу можно переписать на смартфон и пользоваться ею как простым телефоном. Кто поймет, что слушает охранник, музыку или подполковника Заварзину? Пусть аккуратно работают и никому не показывают, если кто-то интерес проявит. Еще вот что важно. Пусть они Афину Яковлевну к больной допускают только в присутствии врача. Вмешательство в ситуацию допустимо только в крайнем случае. Принять какие-то крайние меры Афина Яковлевна себе не должна позволить. Подозрение падет сразу на нее, а эта особа своим положением дорожит. Кроме того, она уже имела такую возможность, когда посещала больную в первый раз. Я думаю, Заварзина попытается действовать с помощью гипноза. Думаю, она намерена наворотить что-то типа отложенной смерти. Капитан Беспалова в послеоперационный период будет не в состоянии ей противостоять. Погнали! Вперед! Высадишь товарища майора у райотдела. Он там за телефон сядет, а сам ты сюда вернешься.
– Понял, командир.
Машина, сопровождаемая взглядами, тут же уехала. Капитан выбрал короткий путь. Невзирая на низкий клиренс «Тойоты», он двинулся прямиком, по пыльной грунтовой дороге.
Алина Заглушкина устраивалась в новой комнате. Ей принесли чистое постельное белье на смену тому, на котором спала ее предшественница. Алина сама старательно заправила постель и почти сразу обнаружила «жучок», прикрепленный снизу к кровати.
О вероятности такого варианта ее предупреждал подполковник Речкин. Он даже объяснил ей, в какие места обычно устанавливаются различные подслушивающие устройства.
Но снимать его, как подполковник и советовал, Алина не стала. Если кому-то хочется ее прослушивать, то пусть их развлекаются. Она будет соблюдать осторожность в разговорах, да и все. Главное, не говорить лишнего ни с кем и учитывать, что ее, скорее всего, будут на такие вот беседы провоцировать.
Видеокамеры, как правило, крепятся в складках штор или на гардинах, а то и в замках шкафов. Иногда, правда, используются и односторонние зеркала, прикрывающие камеру. Но зеркало находилось только в ванной комнате. Камера, находящаяся там, никак не могла бы помешать Алине.
Беглый взгляд наличия видеокамеры на шторах и гардине не показал. Тщательное исследование тоже не дало результата. Шторы и гардины были чистыми, а шкаф вообще не имел замочной скважины, не закрывался на ключ.
Теперь Алине предстояло ждать провокационного разговора с кем-то из старослужащих отряда. Новичкам такое дело никто не доверит. Так и получилось.
В комнату пришла та женщина, заботам которой подполковник Заварзина Алину и поручила. Она сообщила новому инструктору, в какое время в отряде завтрак, обед и ужин, пообещала зайти, проводить в столовую и показать место за столом. Женщину звали Людмила. Нет, не просто Люда, не Люся, а именно Людмила. Именно так она представилась.
– А Руслан у тебя есть? – спросила Алина. – Если есть Людмила, то просто обязан быть и Руслан.
– Был Руслан, да весь вышел. Только меня с двумя детьми оставил. А сам куда-то уехал. Домой, кажется, в Ингушетию. Обещал вернуться через месяц, только месяц этот уже больше года длится. Мне говорили, что у него там уже другая жена есть.
– А дети твои где сейчас?
– У мамы. У тебя у самой-то дети есть?
– Пока не обзавелась. Думала, как спортом заниматься перестану, тогда и заведу. А все никак не получается со спортом попрощаться. Возраст позволяет еще пару лет выступать. Я ведь так и планировала, хотела еще года три-четыре тренироваться, а потом уже семейными делами заниматься. А получилось иначе. Я теперь свободна. Только развод придется оформлять. Как время свободное будет, в Москву придется съездить. Но без детей, говорят, развод быстро делают. Почти без вопросов.
– У нас здесь у всех почти дети есть, – сказала Людмила и тяжело вздохнула. – Все с бабушками, с дедушками живут. А муж твой, стало быть, любовницу завел, к ней уйти хочет?
Алина поняла, что Людмила уже имела предварительный разговор с подполковником Заварзиной, потому что сама она новой подруге о муже и его любовнице не рассказывала. Значит, этот разговор разведывательный. Стоит ждать откровенной провокации.
– Да и пусть уходит, если ему с другой лучше. Я за него не держусь. Только теперь он и ее бросит. Не нужна ему красавица такая, с носом в половину лица.
– Сильно ты их побила?
– Не слишком, но внешность подпортила и ему, и ей. Мужчину сломанный нос только красит, а вот для женщины это проблема.
– А он у тебя чем по жизни занимается?
– Бизнесмен. Так, по мелочи. Купи подешевле, продай подороже. Макароны там всякие и прочие продукты длительного хранения.
