Те же представления можно найти и в вавилонском эпосе о творении «Энулла элиш», где человек был создан из крови Кингу, который был небесным богом, предводителем восставших богов Тиамат.[758] После свержения Тиамат верховный бог Мардук заявляет:
Следовательно, текст «Энума элиш» подтверждает ход событий, изложенный в двух предыдущих легендах, а также то, что родина человека — тело небесного бога или богов, а на самом деле, скорее, богинь Иштар, или Мами, расколовшихся на куски, как горшок, и разбросавших своих людей из чрева, как куски туши жертвенной овцы.
Смысл всех этих легенд в том, что бог превратился в человека, а если перефразировать, то бог стал человеком.
Так, Кингу стал человеком. Так, Уллигарра и Зальгарра стали людьми, теми, кого они сотворили по своему подобию — «искусных работников для искусной работы, неискусных работников для неискусной работы». Так, бог Гештиу, Премудрый, стал человеком в «Мифе об Атрахасисе».
Таинство смешения божественной и человеческой крови для создания человека можно объяснить после тщательного изучения «Мифа об Атрахасисе»:
Это означает, во-первых, что Гештиу — какое-то небесное тело — был повержен, а затем произвел человека как своё потомство. Так бог стал человеком.
Во-вторых, Гештиу — теперь в образе «человека» — смешался с богами, которые уже жили в подземном мире (ануннаками). Так бог и человек смешались в глине. Что и требовалось доказать.
Ануннакам, владыкам подземного мира, служило гибридное существо — «человек», — созданное из «глины» ануннаков и «плоти и крови» Гештиу. Возможно, именно гибридное происхождение объясняет повторение слога LU в шумерском названии человека — NAM.LU.LU.
Итак, мы имеем смесь двух планетарных глин, которые упали с Небес на Землю. Именно от смеси этой глины Нинхурсаг, или Мами, отщипнула четырнадцать кусков, которые затем поместила в чрева «семи и семи богинь рождения», т. е. в меньшие чрева, находящиеся внутри гигантского Чрева самой Земли.[761]
Теперь мы видим, что «человек» был создан в подземном мире из глины богов.
Более того, следует напомнить, что аннунаки тоже родились в подземном мире из тела разорванного небесного бога (Ану). Следовательно, ануннаки и «человек» были одного вида, что объясняет любопытное сравнение, которое шумерский поэт сделал в мифе «Лахар и Ашнан»:
Кроме этого сходства, павшие ануннаки (или A.NUN.NA.NUN.KI) были «семенем князя Эриду», а про павшее «человечество» часто говорилось, что оно — «семя человечества».[762]
Всё это приводит нас к представлению об ануннаках и «людях», как о двух первобытных горошинах из стручка, связанных вечным родством с глиной Апсу. Возможно, это объясняет и любопытное повторение слова «земля» в отрывке, приведённом в начале этой главы:
