«Забавна мордашка»
Рука потрепала его волосы так, что они встали дыбом.
— Ладно, иди шкет.
Он непонимающе на меня посмотрел пару секунд, прежде чем кивнув затопотать маленькими ножками.
«Уже вечер»
Раскинувшись на стуле, я ощутил голодный зов живота.
«Роза, как же я надеюсь, что у тебя есть то, что утолит мой голод. Ладно, приму душ и к ней»
Если коротко то, мои надежды слабо так оправдались. После душа, я сразу же направился к Розе, у которой в отличии от прошлого визита, уже было чисто, но вот из еды только лапша быстрого приготовления да пиво с сушёной рыбой.
«Да уж. Какой ей ребёнок, за ней самой нужен присмотр»
Ну не скажу, что вкусно, но я хотя бы наелся. Пиво мне не зашло, не особо я его люблю, но вот сушёная рыба хоть и слабо, но всё же утолила голод.
— Твою мать, Хамлей! Где закуска, падла ты этакая!?
Этот её громкий комментарий сопроводила она с весьма болезненным ударом по моему затылку.
— Моя закусь!
Вернувшись с ванны, завернутой в одно полотенца, она уже почти, что расплакалась, взглянув на все открытые упаковки сушёных морепродуктов.
— Я ведь так хотела попробовать этих кальмарчиков. Это ведь единственная упаковка, что была в магазине.
— Ну, что сказать?
Прищурив левый глаз, я начал вспоминать, какой на вкус это кальмар.
— Гадкий, одним словом. Слишком солёный и горький, как и собственно вся закуска.
— Тогда какого чёрта!
Она резкими движениями, присев на одно колено, показала двумя руками на пустые упаковки.
— Нуу, я просто хотел есть, а этой лапшой никак не наешься.
Она разрыдалась. Не пустила слезу, а именно разрыдалась. Тридцатилетняя баба расплакалась из-за парочки упаковок сушёных морепродуктов.
— Я уже чувствовала их вкус на языке. Я целый день мечтала, а ты.
На мгновение оголив заплаканное лицо, она вновь скрыло его за руками.
— Да ладно тебе. Я вот поужинал отвратительными кальмарами и не плачу. Хотя стоило бы.
— Скотина. Да чтоб тебя кальмар отымел.
— Ого, это, что-то новенькое. Кальмар.
Я ненароком представил. Меня чуть не вывернуло от подобной картины.
— Ааааааааа.
С криком амазонки, она бросилась на меня, сидячего на краю кровати. Её руки схватили горло, она повалила моё тело на кровать, а сама пристроилась сверху.
— Как ты только мог так поступить.
Руки сжали горло ещё сильнее. Полотенце уже отвязалось и медленно сползло по изгибам её тела.
Я одним движением убрал её руки с моего горла, на котором скорей всего остались следы, и притянул её к себе.
Она ещё некоторое время хотела вырваться, словно пойманная рыбаков селёдка, но спустя пару минут сдалась. Её короткие волосы кольнули нос.
— Гори в аду, враг всех закусок.
Сказала она обиженным тонном мне под ухо, видимо забыв, что я глухой.
— Попасть в ад из-за парочки съеденных рыб. Это что-то новенькое.
— За это самое страшное наказание.
Моя рука, подушечками пальцев скользнула по кожи её спины к самым ягодицам.
— И какое же? Неужели анальное?
— Да. Будут тебе запихивать туда.
Её усталое тело уже почти не движется, да и язык видимо заплетается.
— Страшно узнать, чего же стоит боятся моим булочкам?
— Кальмара. А ты знал, что он страшный извращенец? Он как возьмёт в свои щупальца твою худо….
Её тело заметно напряглось. Она приподнялась, её непонимающий взгляд упал на моё лицо.
— Как ты? Ты слышишь?
— Да.
— Но?
Я слишком устал, чтобы продолжать, поэтому приложил большой палец к её губкам.
— Научился.
После этого поцеловал. Поцелуй был на вкус, как смесь пива с сушёной рыбой.
----------------------------------
«Устал. Хочу в ванну, но чёрт подери, тут вообще не в одном номере нет ванны. Какого вообще чёрта? Тут, что есть какая-то религия, запрещающая мыться лёжа?»
— Хамлей. Идём.
— Да-да, иду, что же мне ещё делать, как не идти. Отдохнуть? Да что ты, зачем? Я ведь робот. Я не могу устать, совсем не могу, чёрт тебя дери!
Недовольно, закатив глаза, я ответил Ритцу, что зовёт меня к главе.
«Хочу спать. Хочу просто прилечь рядом с Розой и уснуть, приложив голову к её грудям»
— Позовёшь, когда буду нужна. Морфей уже поёт свою сонату. Я не могу сопротивляться его мольбам. Морфей, я иду в твоё сонное царство.
Розе же плевать, она лениво направилась к лестнице.
«Ну как же так? А что насчёт и в горе, и в радости? Стерва, могла бы и пойти со мной»
Находясь, почти что на грани слёз, я был буквально втащен в кабинет главы, где мне открылась уже знакомая картина. Слегка улыбающийся усталой улыбкой Дядя, смотрит отчёты. Под его глазами тёмные мешки, говорящие, что сон для него роскошь.
Возле него, словно верный пёс, стоит Джордан.
— Уже вернулись?
Оторвавшись от бумаг, он показал мне и Ритцу рукой, чтобы мы присели на диван. Ритц вновь потащил меня, и мы сели на один диван.
Увидев это, он улыбнулся ещё шире.
— Вижу вы нашли общий язык.
— Не в жизнь.
Ответит Ритц, скрестив руки на груди.
— Я просто терплю его.
— Хорошо-хорошо.
После они начали обсуждать дела лагеря. Увеличения провизии, прогресс рабочих в огороде за отелем и подобное.
«В отеле есть огород? А я и не знал»
