Кислый, прогорклый, но дешевый, - самое то, что я могу себе позволить.
На другой стороне дороги, прямо напротив - лучшая кофейня Сочи. Вся стеклянная, сверкает, горит, и так и хочется зайти именно туда.
«Франческо Дженнаро».
Кофе тут раза в четыре дороже, чем в других кофейнях, но зато настоящий, итальянский.
Я решилась мгновенно.
Раз всё равно придётся уезжать, хотя бы кофе итальянский хоть раз в жизни попробую.
Зашла внутрь.
Все столики были уже заняты, да у меня, собственно, и времени рассиживаться не было, поэтому заказала капучино с собой и села на стул у барной стойки, ожидая свой заказ.
- Возьмите что-нибудь к кофе - посоветовал улыбчивый бариста.
Вежливый такой. Не то, что в кофейне напротив.
- У нас очень вкусные десерты.
Он указал на витрину, где красовались выставленные на золотых подносах пирожные.
Особое мое внимание привлекла песочная корзинка с высокой шапкой радужного крема.
- А давайте его! - отвечаю я и выкладываю последнюю купюру на кассу.
Гулять, так гулять. Устрою себе поминальный завтрак по Сочи.
- Вам в контейнер?
- Нет, я так возьму, по пути съем.
Счастливым взглядом оглядываю свой завтрак, на мгновение забывая даже о предстоящем собеседовании в Роял Грейс.
Мне там все равно ничего не светит, так что терять уже нечего.
Поблагодарила продавца и направилась к выходу, держа в одной руке стакан с кофе, в другой - пирожное с шапкой радужного крема.
- Хорошего вам дня - слышу пожелание, уже отходя от стойки.
Продолжая торжественно нести впереди себя свой поминальный завтрак, оборачиваюсь на ходу и ловлю взгляд баристы.
- И вам! - бодро отвечаю ему, и тут упираюсь руками во что-то очень твердое...
Понимаю, что поминального завтрака у меня больше нет...
Вот же черт!
Зажмуриваюсь.
Пожалуйста, пусть это будет стена, а не какая-нибудь истеричная девушка. Только не истеричная, богатая девушка…
Открываю глаза, оцениваю ситуацию.
Начищенные до блеска черные туфли, выглаженные строгие брюки.
Слегка облегченно поднимаю взгляд выше.
Радужно обмазанная кремом, в прошлом кипельно-белая рубашка с эмблемой бренда, который подействовал на меня страшнее Роял Грейс.
Подавила желание перекреститься от страха.
Еще выше…
Аккуратная черная борода, грозно раздутые ноздри, огромные и совсем не радужные черные глаза.
Лучше бы истеричка…
Скорбно осознаю, что на собственные поминки у меня совсем ничего не осталось.
- Простите пожалуйста - виновато выдыхаю я.
- Аккуратней надо быть - резко отвечает мужчина, брезгливо оглядывая пятно на своей рубашке.
Смотрит на него так, словно оно не просто размазалось, а еще и противно шевелится.
Затем переводит взгляд на меня. Суровый такой. Злой.
Я, по всей видимости, в его глазах уже размазана и не шевелюсь.
- Руки у тебя. Откуда. Растут вообще - отрывисто и гневно произносит он.
- Ну, извините, правда…
- Извините… Конечно, теперь только извините...
Боже, где моя богатая истеричка, почему он?
- Послушайте, ну я ведь правда не хотела… - уже немного возмущенно пытаюсь оправдаться я.
- А! Ну да, какая умница!
И тут уже я не выдерживаю. Да сколько же можно! Еще бы какой-то бородатый орел в пижонском костюме мне утро не портил.
Умник, тоже мне. Все богатые такие…
Считают, что, если у них деньги есть, значит, можно другими помыкать.
Не выйдет.
- Слушай, хватит портить мне утро, ладно? Я перед тобой извинилась и мне правда очень стыдно, а теперь хватит.
Орел на мгновение оторопел, смерил меня удивленным взглядом.
Кажется, такие как он вообще не в курсе, что женщины умеет говорить что-то кроме «да, конечно».
- Придётся потерпеть, девочка, заслужила - отвечает он.
Молча пытаюсь обойти его, но не получается - мужчина меня просто не пропускает.
Зачем вообще сюда зашла? Знала же, что тут только такие ошиваются.
Устало вздыхаю.
- Давай мне свою рубашку, отстираю и верну в идеальном виде.
Мужчина пренебрежительно приподнимает бровь.
- Не слишком ли большое для тебя удовольствие?
Ах вот, значит, как... Стирать его господскую рубашку - это, значит, удовольствие....
Ну всё. Довёл.
- Да чувствую я, удовольствия - это вообще не по твоей части! - выпалила я на всю кофейню.
- Что ты сказала? - угрожающе медленно переспросил он.
Но я, в отличие от этого мажора, выросла ну суровой улице поселка городского типа и перед опасностями не тушуюсь.
- Что слышал! «Придется потерпеть» - ты девушкам своим по ночам говори, понял?
Кажется, даже кофейный аппарат резко смолк от неожиданности, что уж говорить про людей.
В кофейне воцарилась просто абсолютная тишина.
Стою я - метр с кепкой…
Светловолосый, голубоглазый и явно беззащитный метр.
И стоит надо мной огромный бородатый мужчина, которого я только что задела за самое живое, намекая на то, что оно у него сдохло.
Мой грозный оппонент закрыл глаза, сделал глубокий вдох, выдох, снова открыл.