Хочу все время быть рядом.
Когда грустит, когда радуется, когда задумчиво молчит и когда болтает черт знает о чем.
Без умолку болтает. Уж это она любит.
Но особенно хочу быть рядом, когда она чего-то боится, когда плачет из-за чего-то неизбежного…Да пусть даже из-за простого пустяка.
Всегда рядом.
Если всё это вмещается только лишь в одно «да», то…
Черт подери.
Согласен ли я?
Конечно.
- Да!
Вижу, как трясется её рука, как изящные, тонкие пальчики касаются ручки, как она ставит свою подпись на бумаге.
- Объявляю вас мужем и женой. Ваш брак законный. Можете поздравить друг друга.
Обязательно поздравлю.
Дома.
А пока притягиваю свою сладкую девочку ближе к себе и целую её в лоб.
Отстраняюсь, чтобы, уже черт знает в который раз, заглянуть в её в глаза.
Сейчас они лихорадочно блестят, мигая как яркие-яркие огоньки…Эти огоньки уже подожгли всё у меня внутри.
Все, что только возможно.
Какая же она красивая.
Такая искренняя, трогательная, немного сумасшедшая и моя…
Снова целую в лоб и, поблагодарив Аллу, вывожу свою девочку из этого кабинета.
Если я сейчас не отвезу её домой, не коснусь, не возьму, то просто уничтожу свою милейшую сестренку.
Разорву на мелкие куски.
Ей такого не прощу.
А вот своей персональной катастрофе я, кажется, могу простить всё, что угодно.
Любую выходку, любое разрушение.
Всё.
Ей достаточно просто посмотреть на меня, как сейчас, с таким же лихорадочным блеском в глазах, с такой же пьянящей нежностью, от которой сердце начинает требовательно отбивать ребра, как будто пытаясь вырваться наружу...
Черт.
Пусть эта малышка крушит все вокруг, пусть сметает стены, пусть ломает их и бросает к моим ногам…
Плевать.
Я эти стены снова возведу, снова отстрою для неё каждый сантиметр, чтобы она заново все разнесла.
Главное, чтобы только вот так при этом на меня смотрела.
Вывожу её из загса, крепко прижимая к себе. Отпускать не хочется ни на минуту.
- Куда мы теперь? - с улыбкой спрашивает, запрыгнув в машину.
Медленно скольжу по ней взглядом.
- В постель, Анечка - отвечаю, копируя её лучезарную улыбку. - Будем делать из тебя честную женщину.
Улыбка моментально сползает с её лица.
Усмехаюсь.
Маленький, пугливый зверёк, не иначе. Вроде и смелая, но иногда такая трусиха.
- Я хочу сбежать - тут же, как на духу, выпаливает теперь уже кодовую фразу, глядя на меня во все глаза.
Раскрываю перед ней ладонь, ожидая, когда она вложит в неё свою крохотную ручку.
Опасливо, но всё-таки доверяется.
- Так и быть - легко соглашаюсь я, сплетая наши пальцы. - Тогда мы просто будем усиленно пытаться сделать тебя честнее, но подозреваю, что у нас ничего не получится. Так подойдет?
Кажется, она даже выдыхает от облегчения.
- Ты мне обещаешь, что я не стану честнее в районе живота?
- От моего рациона - не станешь - подмигиваю ей. - Боюсь, можешь даже похудеть.
У неё вырывается нервный смешок.
- Это была проверка нашего уговора, да?
- Закрепление - отвечаю, целуя её руку.
- А родным что скажем?
- Скажем, что ошиблись - безразлично пожимаю плечами.
Вообще плевать.
Мне не до этого.
Пьянею от мысли, что она принадлежит мне.
Черт с ними - с этой бумажкой, со штампами и даже с кольцами, которые мы купим завтра и наденем друг другу на безымянные пальцы.
Плевать мне на все эти атрибуты.
У меня они свои.
Штамп этот она мне сама поставила. В самую глубь, в нутро. Туда, куда не то, чтобы другие, я сам никогда дотянуться не мог.
А она смогла. И ведь даже и не понял, когда она так умудрилась.
По приезде домой оповещаю охрану, чтобы никого не пропускали, отключаю к чертовой матери все телефоны и несу свою драгоценную девочку в ванную.
Пока набирается вода, медленно раздеваю её, целуя каждый сантиметр тела.
Не хочу торопиться.
Буду мучить её, смаковать её наслаждение, упиваться этим тягучим, томительным ожиданием большего…
Каждый будет по-своему запоминать этот день. Я предпочитаю так.
Опускаю её в горячую ванну и на миг зависаю, любуясь.
Моё.
От золотистой макушки до кончиков пальцев.
Всё моё.
Быстро снимаю свою одежду, опускаюсь в воду и укладываю её себе на грудь.
Мокрыми пальцами пощипываю розовые, набухшие соски, языком ласкаю пылающую шею, покусываю нежную кожу зубами и тут же зализываю эти укусы.
Дразню мою чувственную красавицу.
С какой-то больной, пьянящей одержимостью, наблюдаю, как её разгоряченное поцелуями тело отзывается на эту нехитрую ласку.
- Сейчас тебе сбежать не хочется, моя дорогая жена? - тихо спрашиваю, кусая мочку её уха и тут же пробираюсь в ушную раковину языком, толкаюсь внутрь, одновременно с этим начиная настойчивее действовать руками.
Издав громкий стон, она разворачивается ко мне лицом и жадно впивается в мои губы.
Этого ответа мне вполне достаточно.
- Снова пытался пригласить Зарину на день рождения, но она почему-то снова мне не ответила - изумленно говорит Азамат, проходя на кухню.
Уже в черной рубашке и в брюках.
Готов ехать на работу.
- Интересно, почему… - задумчиво тяну я, складывая помытую посуду в сушилку. - Хотя стой…Может, потому что мой любимый муж сказал, что в следующий раз, когда он увидит её, то, в наручниках потащит знакомиться с родителями её тайного мужчины?