Отец приосанился и снова повернулся к зеркалу. Его голубые глаза жёстко поблёскивали, как бывало всегда, когда он волновался. Лиза звонко рассмеялась и прижалась щекой к его плечу. Они замерли, глядя на себя в зеркало. Отец осторожно, чтобы не испортить причёску, погладил её по волосам.
– Взрослая ты вдруг стала, Лизаветка, – с ноткой грусти в голосе сказал он. – Замуж вот тебя отдаём. А мне всё казалась, что маленькая ты ещё, девчонка совсем. И вдруг в свадебном платье тебя вижу!
Он покачал головой. На кухне, всхлипывая, звенела посудой мама. В дверях показался солдат с ящиком в руках. Он перехватил его поудобнее и обратился к отцу:
– Туда же несть, товарищ полковник?
– Туда же, – кивнул отец. – Ну что там с приготовлениями, заканчиваете уже?
Солдат стушевался на секунду.
– Нет ещё, товарищ полковник. У Лёшки кастрюля на кухне взорвалась, и там ещё какие-то перебои с электричеством, да и вода что-то плохо идёт, приходится речную фильтровать…
Отец нетерпеливо отмахнулся:
– Ладно. Ступай. – И отдал приказ: – Чтобы к вечеру, когда молодые приедут, все проблемы решены были!
– Так точно, товарищ полковник! – громко выкрикнул солдат и, удерживая ящик одной рукой, второй неуклюже отдал честь.
Лиза захихикала. Из кухни выглянула мама с полотенцем на плече. Глаза её были круглые, как две монетки.
– Ты чего орёшь-то, как оглашенный? – возмутилась она. – Чуть поднос с бокалами из-за тебя не перевернула!
– Извините, – смутился солдат и обратился к отцу: – Можно идти, товарищ полковник?
Свадьбу решили устроить в офицерской школе, где учился Вадим. Там и просторный двор был, и столов со стульями больше, да и начальство охотно дало добро. Вот только тарелок на рассчитанное число гостей не хватило – и тогда решили взять посуду из дома. Мама с бабушкой достали изящные чайные сервизы, наборы тарелок и хрустальных бокалов, которые чёрт знает сколько лет хранились в пыльной темноте сервантов и буфетов, и аккуратными стопочками разложили по ящикам, а подчинённым отцу солдатам был отдан приказ перетаскать их в часть.
Жених с друзьями приехали через час. Лиза то и дело краснела, её обдавало то жаром, то холодом, по спине бегали мурашки. Мысли мелькали яркими разноцветными огоньками, вспыхивали и тут же исчезали, не оставляя после себя ничего, кроме жгучего волнения. Вадим смотрел на неё полными любви глазами, а она прятала взгляд и глупо хихикала. Пальцы дрожали, и Лиза крепко сцепила их замком.
А потом загремела свадьба, и волнение вдруг пропало, уступив место необъятному счастью и умиротворению. Вадим держал её руку в своей и без конца шептал на ухо: «Я люблю тебя», клялся быть рядом до конца своих дней – совсем как тогда, в детстве, на берегу озера. Мама шмыгала носом и прикладывала к глазам кружевной сатиновый платочек, а раскрасневшийся от гордости за красавицу-дочь отец один за другим произносил тосты: за здоровье, за счастье, за любовь, за взаимопонимание – за всё, что должно царить в семье.
– Ну что, дети мои, – встав со своего места в очередной раз, громко сказал он, и поднял свой бокал. – Как говорится, живите дружно и счастливо, плодитесь и размножайтесь, любите детишек и друг друга!
Лиза невольно вспыхнула. Плодитесь и размножайтесь! Ну и словечки порой приходят отцу в голову!
Гуляли гости до поздней ночи. Лиза и Вадим укрылись в тени раскидистого платана, куда не проникали яркие лучи фонарей, и уселись на мягкую сочную траву. С неба на них взирала печальная луна, ночь дышала тихим спокойствием. Они молча держались за руки и думали каждый о своём, не смотря друг на друга. Лиза всей душой ощущала рядом присутствие Вадима, вслушивалась в его дыхание и думала, измеряется ли хоть чем-то её счастье.
– Знаешь, что подарила мне бабушка? – со смешком сказала она и посмотрела на супруга.
Тот повернул к ней голову. Тёплый летний сумрак скрывал его лицо, но она знала наизусть каждую его чёрточку, каждую морщинку.
– Что? – с интересом спросил он.
– Сорочку, – засмеялась Лиза и вскочила на ноги. – Кружевную! Идём покажу!
Вадим послушно поднялся. Она расстегнула маленькие пряжки босоножек и, с облегчением скинув их, побрела босиком по мягкой траве. Ночь золотилась у её ног, окутывала спящий город мягким покрывалом. Дышалось легко и свободно, и Лизе казалось, что вот-вот – и она взлетит к тёмным небесам, чтобы коснуться рукой сияющих звёзд.
На рассвете её разбудил оглушительный грохот. Стёкла задребезжали, с потолка посыпалась штукатурка. Лиза подскочила на кровати и испуганно заозиралась: что происходит? Вадим откинул в сторону одеяло и встал, но она мёртвой хваткой вцепилась в его руку.
– Вадим, что такое? – срывающимся от страха голосом спросила она.
Он пожал плечами, стащил со спинки стула свои брюки и принялся, торопясь, натягивать их.
– Не знаю. Может, учения?