(С)
Проснулась я с первыми лучами солнца, обнаружив, что почти всем телом лежу на Джоне. От воспоминаний о вчерашнем щеки вспыхнули, а я начала аккуратно отодвигаться, чтобы ненароком не разбудить капитана.
Я несколько мгновений любовалась спящим Джоном, его красивым, расслабленным телом и лицом, и делала бы это еще долго, но природа оказалась сильнее, пришлось отлучиться в кустики по естественной нужде.
Отойдя немного вглубь леса, я услышала какие-то тихие звуки, которые быстро переросли в крик.
- Жасмин! - Кажется, это был голос Джона. Я быстро побежала в обратную сторону, к нему.
- Что случилось? - Запыхавшимся голосом спросила я, но тут же была сжата в стальных объятиях капитана.
- Я подумал, что ты снова сбежала, - сквозь зубы выдохнул мужчина, прижавшись лицом к моей макушке.
- Прости меня, - я начала оправдываться, - это был глупый поступок…
- Глупый? - Рычащим тоном переспросил Джон, - Ты хоть представляешь, что я пережил?! Жасмин, это дни в поисках тебя были худшими в моей жизни!
Я начала тихонько всхлипывать, уткнувшись лицом в тело Джона. Больно от мысли, что я заставила своего любимого мужчину так страдать. Не выдержав, разрыдалась в голос.
- Жасмин, ты что, плачешь? - Джон за плечи отодвинул меня от себя, - Прости меня, Жасмин, прости пожалуйста. Не плачь. Я не должен был этого говорить.
Капитан положил руку на мою щеку и большим пальцем вытер слезы, тяжело вздохнул и прильнул своими губами к моим. Этот поцелуй отличался от того, что был вчера, этот был нежным и успокаивающим, а вчерашний жарким и распаляющим, даже нельзя понять, какой поцелуй мне нравится больше. Да и не нужно. Мне просто нравится сам капитан. Нет, даже не нравится, я люблю его.
***
Ехали мы обратно к кораблю на одной лошади, я сидела спереди, а Джон сзади, он обхватил меня одной рукой, а второй держал поводья. Я чувствовала, что рядом с ним я полностью защищена и ничто не сможет разрушить этой идиллии, что я с ним отныне и навсегда.
- Джон, а как ты нашел меня, как знал куда идти? - Наконец-то я задала вопрос, терзавший меня вот уже пару часов.
- Эту историю нужно рассказывать с самого начала, - начал мужчина, - в тот день я ни о чем не догадался, как дурак ходил по палубе и искал тебя, заглядывал в каюты, но тебя нигде не было. Еще тогда меня это начало настораживать. Я спрашивал каждого встречного о тебе, но никто ничего не видел. Тогда-то я и начал паниковать…
Джон рассказал, что ближе к вечеру перед их кораблем выплыл огромный, чешуйчатый ящер, который был размером с сам корабль, он грозно нависал над судном и своим, сметающим все на пути, пылающим взглядом, заглядывал в душу каждого члена экипажа, а потом смотря прямо на Джона, голосом похожим на гром, выговорил:
- Ты! Ты достоин, - Дракон подставил крыло, по которому капитан тут же забрался, и ящер отплыл от корабля, неся Джона в неизвестность.
Приплыли они в огромную пещеру, по словам Джона, всю усыпанную золотом и различными украшениями.
- Теперь ты должен выбрать, - прогремел ящер, - либо она, - он взмахнул крылом и в огромном, инкрустированном золотом зеркале, появилось изображение меня, всей заплаканной и взлохмаченной, спящей на кровати в таверне, - либо все эти богатства, но учти, если ты выберешь золото, то девушка навсегда тебя забудет, и магия этой пещеры не даст найти тебе к ней путь ни в этой жизни, ни в следующей.
Джон выбрал меня, его тело пронзила боль, как и меня в тот момент, он тоже видел те видения, нашего будущего сына, который в дальнейшем станет грозой всех морей, который как и его мать и отец, бороздил просторы морей и океанов в поисках приключений и авантюр, осуждаемого обычными людьми - Леденящего Кровь, Джона Второго.
***
Как-то вечером, лежа на специально сделанной для нас двухместной кровати, под мерные покачивания каюты на морских волнах, мы с Джоном лежали в обнимку и рассуждали о случившемся.
- Я выбрал то, что действительно имеет ценность в жизни, - вещал он.
- Но все же, это горы золота, Джон! - Не унималась я, - Почему ты выбрал меня?
Джон резким движением перевернулся и теперь, уперев руки по бокам от меня, смотря в глаза, промолвил:
- Потому что люблю тебя, больше жизни люблю, Жасмин.
- И я люблю тебя, - вздохнула я смотря в любимые глаза, в которых, для меня отражался весь мир, добавила, - а еще я беременна.
