Когда я стала тобой полностью

Сначала было приятно… но потом стало больно.

Я распахнула глаза – Рафаэль стоял и смотрел на меня. И при этом перекрывал мне доступ к кислороду.

Я не сразу поняла, что происходит. Неужели мой собственный муж меня душит? Я ужасно испугалась и вспомнила об одном моменте из прошлого, когда мне было так же страшно. В памяти всплыло лицо другого мужчины, который причинял мне боль. Мужчины, которого я долгие годы пыталась забыть.

Я не могла дышать. Голова закружилась, горло и легкие горели огнем. В отчаянии я схватила его за пальцы и попыталась разжать их.

Рафаэль убрал руки от моей шеи, и я оттолкнула его.

– Прости, – виновато сказал он.

– Что ты, черт возьми, такое устроил?

– Хотел внести немного разнообразия. – Вот как он это объяснил. Я и не думала, что все остальное ему приелось.

Так мы пришли к первой ссоре по поводу секса. Все годы совместной жизни Рафаэль называл меня ханжой. Иногда я уступала ему и соглашалась попробовать что-то новое – но только не удушение.

Покачав головой, я вышла из кухни, стараясь оставить мысли о Рафаэле и прошедших выходных в мусорном баке вместе с неглиже.

В доме было тихо и пусто. Понедельник обычно давался мне тяжелее всего, но сегодня я была даже рада остаться одной. Пошла наверх, приняла душ, надела любимые джинсы и пушистый свитер. Как же хорошо быть одетой в теплые и мягкие вещи. Укрыть свое тело.

Спускаясь, чтобы попить чай, отправила сообщение Аарону:

Рафаэль вечно говорил, что я давлю на Аарона. «Пусть он первый тебе напишет», – повторял он.

Да что он об этом знает? Тоже мне, отец года!

Я налила в кружку кипятка, бросила туда чайный пакетик и подумала о тебе. Интересно, чем может заниматься все выходные молодая мама в незнакомом городе? Наверное, потихоньку сходить с ума.

Ты не носила обручальное кольцо, но это еще не значило, что отец не участвует в воспитании малыша. Многие молодые люди сейчас не женятся, а просто встречаются или даже живут вместе. Возможно, у вас такая же ситуация.

Я еще столько всего о тебе не знала!

Любопытство пересилило, и я отправила тебе эсэмэску:

Несколько минут я смотрела на экран телефона, прикусив губу, но ответ так и не пришел.

Хм-м, чем же ты занята? Вряд ли ты спишь, уже поздно – девять утра. Когда Аарон был младенцем, он просыпался в пять, хоть часы сверяй.

Я сделала глоток чая, опять глянула на мобильный. Ничего. Постучала ногтями по столешнице. Лак уже облез, надо будет сходить на маникюр. А это идея!

Трясущимися пальцами я набрала еще одно сообщение:

На экране появились маленькие точки – ты набирала ответ. Ага, все-таки салон тебя заинтересовал! Покупки – это скукотища, и зачем я вообще такое предложила?

Конечно, и как я об этом не подумала? Аарон теперь совсем большой, я и забыла, каково это – повсюду таскать с собой малыша.

Прошло несколько минут, новые сообщения на экране не появлялись. Наверху что-то скрипнуло, во дворе зачирикала птичка. Я прислонилась спиной к столешнице и молча пила чай. В окно опять увидела ту женщину с детьми в доме через дорогу. Одного она придерживала рукой у бедра, а за другую второй ребенок тянул ее к двери.

И почему я раньше ее здесь не видела?

Она подняла малыша повыше, и мою грудь пронзило уже знакомое чувство тоски. Дверь открылась, ребенок постарше отпустил ее руку и забежал внутрь. Даже издалека я увидела, как она облегченно распрямила плечи.