– Раскрыть карты… – задумчиво протянул Забелин. – Выходит, помимо Кондратьева о том, что он собирает бумаги, знал кто-то еще.
– Вопрос в том, этот кто-то его сообщник или узнал об этом случайно.
– Время… – продолжал свою мысль Валерка. – Успел ли Игорь это сделать, или у нас еще есть шанс его остановить?
– Смотри, что у нас получается, – я попыталась подытожить все, что было нам известно на данный момент. – Не читая этого послания, почти одновременно с тем, как оно оказывается в почтовом ящике Мишель, он проникает в офис и забирает из сейфа бумаги. Мы предполагаем, что за годы работы он собрал еще некоторые материалы, которые вместе с пропавшими документами могут составить угрозу тебе, твоему бизнесу и репутации. Теперь у него два пути: идти либо к конкурентам, либо к ментам, в зависимости от того, какую конечную цель он преследует. В первом случае он почти наверняка может быть уверен в том, что ему очень хорошо заплатят за предоставленную информацию. Но он не может не понимать, что ты вряд ли так просто спустишь ему это с рук и так или иначе его накажешь.
– Месть? – сладко улыбнулся Забелин.
– Называй как хочешь, но не говори, что просто отпустишь Кондратьева на все четыре стороны, если твой бизнес серьезно пострадает.
– Не отпущу, – согласился он.
– Значит, надежнее – к ментам. Тебя прибирают, он остается с развязанными руками. В пользу этого говорит и то, что, судя по тому, что рассказал мне одноклассник, у конкурентов бунта не намечается. Да и пора бы им уже начать действовать.
– Но письма? – напомнил Валерка.
– Вот именно, – согласилась я. – Они говорят в пользу первой версии.
– Тогда почему никто никак себя до сих пор не проявил?
– Большой вопрос, – согласилась я, и тут меня осенило: – А что, если все это время мы заблуждались? Что, если Игорь – не злоумышленник, а жертва?
– В смысле?
– Его могли шантажировать.
– Как?
– Требовать от Кондратьева собрать на тебя компромат и предоставить им.
– То есть он действовал не по собственной инициативе, а по чьей-то указке?
– Именно.
– Но какой ему интерес лишаться теплого местечка? Они должны были предложить ему существенное вознаграждение и предоставить гарантии.
– Или озаботиться компроматом на него.
– И начать его шантажировать? Вынудить добыть бумаги в обмен на молчание? – нахмурился Забелин. Возможность такой ситуации явно не приходила ему в голову. Как, впрочем, и мне до этого момента.
– Почему нет? – предположила я. – Это гораздо дешевле обойдется конкурентам, чем расставаться с кругленькой суммой.
– И все же они пока себя никак не проявили. Ждут удобного случая? – предположил Забелин.
– Или Кондратьев исчезает, надеясь спасти репутацию фирмы, – попробовала я предположить, как может складываться ситуация в самом благоприятном для нас ключе.
– И тем самым подставив под удар свою? Те, кто собрал на него компромат, могут легко вывалить его, когда поймут, что он смылся.
– А могут и придержать, выжидая. Ведь бумаги, которые есть у Кондратьева, – слишком лакомый кусок, чтобы вот так просто оставить планы его отобрать, – возразила я.
– Вопрос в том, что у них было на Игоря и чем они ему угрожали.
– Найти бы остальные письма. В кабинете я тщательно все просмотрела, ничего не было. У Мишель, конечно, торопилась, но думаю, что могу попросить Наташу дать мне сделать это более тщательно. Однако что-то подсказывает мне, что проще было их уничтожить.
– Возможно, – согласился Валерка.
– Как думаешь, чем они могли ему угрожать? Он же был связан с серыми схемами, как я понимаю. Но если есть серьезные доказательства незаконной деятельности, куда логичнее сразу использовать их против фирмы, не привлекая Кондратьева совсем.
– Если только он параллельно чем-то не промышляет, о чем я пока не знаю.
– В таком случае да, это серьезный компромат, – согласилась я. И спросила без перехода: – Как думаешь, он Кристину любит?
– Уверен, – кивнул Забелин.
– А что, если его шантажировали связью с Мишель, угрожая обо всем рассказать беременной жене?
– И поэтому и письма приходят на адрес любовницы? – подхватил Валерка.
– Да. В семье намечается пополнение, жена красавица, любит его, а тут возникает реальная угроза его счастью.
– И он предпочитает прятаться, ставя под угрозу здоровье Кристины и ребенка? – удивился Забелин.
– Он отправляет жену к родителям, а любовницу – в Турцию. Для чего он это делает?
– Чтобы за это время окончательно решить вопрос с шантажистом.
– Но что-то идет не так, – продолжила я.
– Совершенно непонятно, куда делась любовница. Если это не загул и не новое романтическое приключение и она зачем-то понадобилась Игорю, возникает вопрос – зачем?
– Непонятно, – согласилась я.
– Да и не в его интересах вмешивать в ситуацию кого-либо.
– Тем более Мишель. Как я понимаю, она девушка не самого большого ума и довольно узких интересов. Расспрошу Бада подробнее о ней.
– Попробуй, – усмехнулся Валерка, когда я упомянула Алексея. Хотя прекрасно понимал, что это в его же интересах. – Есть будем?
– Будем, – кивнула я и пошла наливать в кастрюлю воду.
