Среди бродивших вокруг собак произошло какое-то смятение, и они расступились, давая дорогу к кормовой площадке стройному Дэнди Когтю с белой пуховкой на хвосте.
– Что тут происходит? – спросил пудель, строго глядя на Макса и Брамса.
Сенбернар склонил голову.
– Прости, если мы разбудили тебя, Дэнди Коготь, – буркнул он. – Но такс жаловался на нехватку воды.
Пудель фыркнул, потом подошёл к краю канавы, заглянул в неё и со вздохом сказал:
– Она высохла гораздо быстрее, чем в прошлый раз, верно?
– Вчера было жарко, – отозвалась из толпы незнакомая Максу собака. – Солнце всегда быстро выпивает лужи.
– Хмм, – произнёс Дэнди Коготь. – Да.
Макс изучал собравшихся собак. Проснулись уже десятка полтора, по крайней мере, столько он видел. Коренастый пёс-певец теперь лежал рядом с Гизмо; его приземистый друг, тяжело дыша, стоял рядом. Тут же была белая собачка – точная копия Гизмо, только эта йоркширка всё время дрожала. Несколько псов постарше – двое казались родственниками, настолько похожими были их косматые песочно-жёлтые шкуры, – недовольно вздохнули; их уши, глаза и хвосты выражали уныние. Обитатели Анклава выглядели измученными, и наверняка всех их, так же как Макса, терзала жажда.
Пёс вспомнил о времени своего заточения в клетке у ветеринара: как он сидел взаперти, а вода была совсем близко, но он не мог до неё добраться.
– Ну, у вас пустая канава, а у меня опустел желудок, – сказал Крепыш и шлёпнулся на землю перед Дэнди Когтем. – Мы с Максом по вашей просьбе одолжили вам тележку. Пришло время расставаться, а, Дядя Коготь?
– Дэнди… – процедил сквозь зубы пудель. Мотнув головой, он посмотрел на Макса. – Вы думаете, Анклаву хватит этого корма? Хмм. Я думал, мы весь день будем отправлять команды за новыми мешками.
– Ну уж! – гавкнул Крепыш. – Это не наша забота!
– Нет, он прав, – дипломатично вставил Макс, не сводя глаз с притихших, печальных обитателей Анклава. – Мы можем задержаться и помочь им, хотя бы ещё на один день. Ты не видел магазин, Крепыш, а там ещё столько шариков. Без тележки их придётся таскать целую вечность.
Такс положил морду на передние лапы.
– Значит, нам придётся задержаться здесь?! Тут воняет.
– Ты скоро привыкнешь, – буркнул со своего места коренастый белый пёс. Одышливый друг белого энергично закивал; его выпученные глаза смотрели в разные стороны.
– Видишь? – сказал Макс, кивая на других собак. – Их всё устраивает. Мы побудем тут ещё немного. И может, найдём для них воду.
– Эй! Послушайте!
Собаки все как одна повернулись к малышке Гизмо, которая стояла на задних лапках, поставив передние, светло-коричневые, на край тележки и виляя обрубком хвоста.
– Может, нам сперва наполнить водой эту тележку? – пролаяла она, высоко подняв пушистые брови. – Потом мы привезём её сюда и все наполним желудки. Разве это плохая идея?
Крепыш фыркнул и закатил глаза:
– Не обижайся, Гиз, но ты лучше оставь тяжёлые раздумья мне, ладно? – сказал он. – Ты мастерица складывать постели, но решение проблем – это моя сфера.
– Погоди, Крепыш, – сказал Макс, пробрался мимо такса и встал рядом с Гизмо. Он внимательно осмотрел тележку и обнюхал её дно; крошки корма забились в ноздри пса, наполнив их запахами копчёного мяса и бекона. – В дне тележки дыр нет, так что она сгодится, – объявил он через мгновение. – Но как мы наберём в неё воду?
– Что, если… – начал было говорить Крепыш.
Макс обернулся и увидел, что Брамс и Дэнди Коготь нависли над таксом и выжидательно смотрят на него. Крепыш махнул лапой в воздухе и сказал: – Да не, не пойдёт.
– Нет уж, такс, – прорычал Дэнди Коготь. – Говори – что там у тебя на уме?
– Давай, Крепыш, – подбодрил друга Макс.
Такс со вздохом поднялся на лапы и вразвалочку подошёл к тележке. Гизмо убрала лапы с края кузова и села рядом с Крепышом.
– Ну, в большинстве человечьих домов имеются краны, верно? – сказал он. – Может, мы подставим тележку под один из них и наполним её? Это будет перевозная канава, из которой не уходит вода.
Вокруг раздалось бормотание собак: их восхитила эта идея и новая игрушка, которую притащили к ним на поляну лабрадор и такс. Макс увидел, что уши псов встали торчком, глаза оживились.
– Кажется, стоит попробовать, – одобрил идею Дэнди Коготь. – Это определённо придаст нам сил для дневной работы.
– Говорил я тебе, День-бы-Лопать, – сказал Крепыш и многозначительно кивнул, – я пёс идейный.
– Э-э! – возмутилась Гизмо. – Я первая придумала наполнить тележку. До того, как ты заявил, что ты у нас мастер решения проблем. Помнишь?
Крепыш кивнул ей:
– Верно, верно. Но я дополнил и улучшил твою идею. Вот что действительно имеет значение.
Обведя собак маленькими глазками, Гизмо сказала:
– Если это повышает твою самооценку, я только рада – так и думай.
– Благодарю, – ответил Крепыш.
– Так что же, Дэнди Коготь, – обратилась Гизмо к пуделю, – у меня сегодня будет новая работа? Можно мне побежать вместе с тележкой? Я уже так давно не бегала, и, клянусь, я буду полезна.
Дэнди Коготь покачал головой:
– Нет, ты нужна мне здесь, Шипулька. Другие собаки вдохновляются твоим боевым духом.
