Беспомощен, как дитя, и нем, как рыба, сделался слепой Соул. Пустые глазницы его, словно черные дыры в космосе, высасывали жизни из наиболее слабых электианских тел, отнимали надежду и веру, любовь и радость, упорство и силу воли, оставляя взамен лишь страх, отчаянье и опустошенность. Не многие смогли побороть внезапно накатившее на них уныние. Их сила стала меркнуть, все сильнее поддаваясь влиянию плоти. И стали чахнуть электы. Их стали одолевать телесные болезни. Черная волна смерти прокатилась по земле.
Электы вдруг утратили прежнее единение и взаимопонимание, а сильнейшие из них, обуреваемые всепоглощающим эгоизмом и жаждой обогащения, стали рваться к власти и разжигать межклановую вражду. От творящихся вокруг разрушений тяжко страдала Верховная богиня. Но она решила больше не вмешиваться в события. И потому ушла Северина в свои небесные покои и погрузилась в сон, чтобы больше не видеть всех зол и болей, что объяли планету.
Элеран и Кара, захватив священную страну Гринтайл, основали на его месте свое государство и назвали его Дрэймор. Так пришла в мир новая эра…
Глава I.Переплетения судеб
1
Как Луна ни старалась плотней сомкнуть ресницы, солнечные лучи все равно просачивались сквозь них слепящим белым сиянием. Конечно же, можно было вскочить с постели и задернуть окно портьерами, но Лу понимала: уже поздно, вон как солнце высоко, и жарит уже с утра, надо вставать, нельзя же постоянно опаздывать на уроки. Соскочив с постели, девочка гибко потянулась, и, нырнув головою в тунику, выскочила на балкон, а оттуда сбежала вниз по ступенькам, ведущим со второго этажа прямо в сад. У фонтана Лу умылась, причесала свои легкие, как шелк, короткие белые волосы, вставшие после сна торчком, и стала придирчиво разглядывать себя в зеркале. «Совсем немного и я стану, как перепелиное яичко, – огорченно подумала она, трогая россыпь веснушек на вздернутом носу. – Все время забываю шляпу надеть! Мариэль говорит, что меня солнышко любит».
А солнышко, щедрое и животворное, было ласково ко всем в Гринтайле, и оттого в вечнозеленой стране алькоров круглый год цвели и плодоносили сады. Солнечный диск был символом Враны, столицы Гринтайла, и даже фронтон двухэтажного дома, в котором Лунаэль жила со своими приемными родителями, был украшен рельефом светила, дарующего миру свет из лучиков-ладошек, направленных во все стороны.
Академия, при которой находилась школа Луны, была недалеко от дома, в двадцати минутах ходьбы. Но Луна не торопилась на скучный урок, она с удовольствием шлепала босыми ногами по мелководью песчаной речушки в приакадемическом саду, приманивала крохотных рыбешек, бросая в воду синие ягодки, которые срывала с береговых кустиков, и лакомилась ими сама. Сжевав пригоршню кислых недозрелых ягод, Луна решила, что было бы неплохо подкрепиться чем-то более существенным. Недалеко росла кряжистая маруша, увешанная тяжелыми изжелта-зелеными плодами. Цепляясь за раскидистые сучья, Луна вскарабкалась по искривленному стволу и, устроившись на ветке, съела сытный маслянистый фрукт. Потянулась было за вторым, но передумала – в просветах зеленой листвы она увидела пурпурные кущи карликовых либин. Спустившись на землю, Лу не пошла по дорожке, ведущей в академгородок, а свернула в лиловую рощицу низкорослых деревьев, похожих на раскрытые зонтики. Под широкой плоской кроной, спрятавшись в глубокой тени фиолетовых листьев, свисали длинные пупырчатые плоды ярко малинового цвета. Стараясь не пораниться о колючие ветви, Лу оторвала одну либину, и, сняв с нее занозистую шкурку, впилась зубами в сочную мякоть.
– И опять ты опоздала, – недовольно сказала Мариэль, встречая племянницу у портала академии. Она взяла девочку за руку и повела ее в класс. – Надеюсь, ты разогрела завтрак, который я оставила тебе на столе?
– Да, конечно, я хорошо позавтракала, – заверила ее Луна, тараща честные глаза. – Могу я тебя попросить об одной маленькой услуге? Прекрати меня поджидать по утрам, а?
– С превеликим удовольствием, если ты прекратишь застревать в зоопарке Фата.
– Ну почему я не могу делать то, что мне нравится? Я обожаю Рагона! У него есть крылья! Он такой черный, как ночь! Вот выучу его язык, научусь на нем кататься, и мы улетим далеко–далеко!
– О духи! Час от часу не легче! И куда же ты собралась улететь, Лунаэль? Ты же знаешь, что тебе надо учиться, чтобы стать магом оборонительных искусств. Так хотела твоя мама!
– Ну и что? Если бы мама была жива, она не стала противиться моим желаниям! Она бы не стала меня принуждать! – не соглашалась Луна. – Я буду заниматься тем, чем я хочу! Ну, позволь мне, Мариэль!
