Вовка обернулся в магазин и обратно за один час. Воду он ещё накануне привёз. Председатель сказал, что тот может сам выбрать с кем работать. Не долго думая, он присоединился к Людкиной бригаде.
Как только он принялся за работу, та как с цепи сорвалась.
- Ты что, совсем работать не можешь?! - прикрикнула она на Настю. - Видно в городе кроме как одежды менять, ничему больше не научилась.
Вовка укоряюще посмотрел на Людку. Настя же молча пыталась донести сено до стога. Это у неё уже получалось через раз.
- Эдак мы и за неделю не управимся! — воскликнула Людка, видя как у городской вновь рассыпалось по дороге сено. - И зачем сюда приехала, только работе мешаешь?
- Людка, а чё это ты так разоряешься? — не выдержал Вовка. - Показала бы как нужно делать.
- А я показала. Не моя вина, что она безрукая.
- Как раз твоя. Значит так объяснила.
Вовка подошёл к Насте.
- Давай, ты кучки подгребай, а я носить буду.
Она отрицательно покачала головой.
- Нет. Я хочу сама научиться.
- Тогда смотри, - и он показал, как лучше захватывать вилами сено.
Подсказал, что она делает не так и вскоре всё получилось.
Людка ужасно разозлилась. Хотела городскую опозорить, а в итоге сама виноватой осталась.
После прихода Вовки, Насте стало намного легче работать. Его советы помогли ей справиться с сеном. Потом, когда ей снова дали грабли, не сговариваясь, она собирала траву в копны, а Вовка относил их к стогу. Насте почему-то вспомнилось, как они не так давно работали на кухне. И снова они без слов интуитивно понимали друг друга. Работа в их руках спорилась, когда они выполняли её вместе.
Настя всё время незаметно присматривалась к нему. Что-то в нём притягивало её и заставляло волноваться. Как бы не хотела она снова влюбляться, но как раз именно это с ней и происходило.
Все последующие дни сенокоса прошли в тяжёлом труде. К вечеру так болели спина и руки, что сил ни на что не оставалось. После первого дня Насте казалось, что завтра она уже не встанет, но молодой организм быстро восстановился и утром снова была готова к труду и обороне.
Остальные дни она работала в разных бригадах. В последний же день работали все вместе, помогая отстающим. Времени и сил на общение почти не было.
На выходных Катя звала подругу на танцы, но Насте не хотелось никуда идти. Сказывалась усталость от напряженной трудовой недели, да и на буднях предстояло ещё убрать бабушкину делянку. Благо хоть траву не нужно было самим косить.
В понедельник многие отправились на свои наделы. Уже с раннего утра стояла жара. Настя ещё до обеда ощущала во всем теле слабость, но чем выше становилось солнце, тем меньше сил у неё оставалось. Наклонившись, чтобы собрать траву, почувствовала резкий приступ тошноты, земля закружилась.
- Мама!— позвала она, поняв, что сейчас потеряет сознание.
Люба с Ритой увидели, как Настя, приложив руку ко лбу, пошатнулась. Они тут же подскочили к ней и подхватив под руки, довели до ближайшего стога и опустили на землю.
- Доченька, тебе плохо? Что болит? - волновалась Люба.
- Наверно перегрелась, — догадалась бабушка. - Вот, выпей воды.
Настя тут же отхлебнула из бутылки. Хотя голова уже не кружилась, но в теле по-прежнему ощущалась жуткая слабость.
- Давай-ка ты домой езжай, — решила Рита. - Я сейчас попрошу Володю тебя отвезти.
Настя не стала возражать. Бабушка побежала до поля, где работал Вовка с мамой и братом.
- Володя, сынок, выручай! С Настей моей плохо стало, как бы солнечного удара не было. Пожалуйста, отвези её домой.
Не раздумывая, Вовка тут же оседлал мотоцикл и захватив с собой тетю Риту, поехал до их делянки. Настя, бледная как снег, сидела возле стога. Люба с Ритой помогли ей сесть на мотоцикл. Она всем телом навалилась на Вовку и вяло обхватила его за пояс. Вовка не мог не почувствовать изгибы её тела. Он и во сне не мог мечтать, что они будут сидеть вот так рядом, прижавшись.
- Володя, только осторожно езжай, - волновалась бабушка.
- Не переживайте, тетя Рита. Всё будет хорошо, — заверил он.
Настя ехала закрыв глаза, иначе от движущейся панорамы снова подступала тошнота. Пока они ехали по полю, мотоцикл сильно трясло, но выехав на асфальтированную дорогу, мотоцикл пошёл плавно, от этого стало легче.
Наконец они подъехали к дому. Настя спустилась с мотоцикла. Хотя чувствовала она себя уже лучше, но слабость по-прежнему владела всем телом. Она отперла ворота и прошла во двор. Затем ключем открыла дверь в дом. Вовка следовал за ней, оставив мотоцикл за воротами.
Голова снова закружилась. Настя не стала идти до своей комнаты, а улеглась на мамин диван, так как он был самым ближайшим лежачим местом.
Вовка с тревогой смотрел на неё. Она все ещё была бледная.
- Может тебе что нужно? - с заботой спросил он.
- Принеси мне воды.