- Эх ты! - Он покачал головой и махнул рукой. - Молодо-зелено! Обиделся и еще раз доказал свою незрелость! В каком обществе ты живешь? Или не знаешь - в нашей стране все делается ради счастья человека. И наука, которой ты собираешься посвятить жизнь, служит этой же цели. Иначе ей грош цена! Ты - один из членов нашего социалистического общества. Можем ли мы не тревожиться о твоем будущем? Если все пойдет насмарку, твоя боль станет нашей болью. С нас спросят: где вы были? Почему вовремя не наставили на ум! Башир Османович, наш аксакал, держи ответ, как проглядел?
Никто и слушать не захочет, что вы, молодежь, нас, старейших ученых, ни во что не ставите, а, оседлав своего коня, скачете без оглядки, не ведая, что он несет вас в пропасть.
Что должен был ответить Вугар на такие рассуждения? Опыты действительно пока не давали желаемых результатов, и это сильно укорачивало его язык. Он молчал. И вдруг ему стало страшно. Ведь сейчас это только лабораторные опыты и вычисления. Даже если он добьется положительных результатов, то заводские испытания могут не сразу подтвердить их. Вот когда восторжествуют Бадирбейли и ему подобные! А если вообще неудача?..
Башир Бадирбейли краем глаза окинул юношу: "Кажется, удалось поколебать упрямца".
- Зачем лезешь в дебри? - громко воскликнул Бадирбейли. - Думаешь, петух не прокричит - рассвет не наступит? Или в институте мало рентабельных тем? Ты человек умный, способный, бери любую, мгновенно защитишь диссертацию...
Тебе жениться пора, семьей обзавестись. А семью кормить надо! Надеждами и обещаниями сыт не будешь...
Довольный тем, что его наставления оказали должное воздействие, Бадирбейли передохнул и продолжал спокойно, с видимостью доброжелательности:
- Что ждет тебя? Разочарование! Крах! Так не лучше ли задуматься над собственной жизнью и обеспечить ее? Ну вот, я раскрыл все карты. Решай сам. Как говорят, положи перед собой шапку и поразмысли... Если мои слова хоть в чем-нибудь убедили тебя, приходи, подумаем вместе. Я сделаю все, чтобы помочь тебе! - Бадирбейли сделал ударение на последних словах, многозначительно поднял указательный палец и удалился тяжелой, шаркающей походкой, гордо унося свое полнеющее тело.
Вугар терялся в догадках. Что за многозначительные предупреждения? Почему Бадирбейли так взволнован его судьбой? Может, он вправду жалеет Вугара? И неужто проблема ТАД так безнадежна? Нет, тут что-то нечисто! Уж не решил ли он воспользоваться отъездом Гюнашли и переманить его аспиранта?
Бадирбейли уже скрылся из его глаз, а Вугар продолжал стоять как вкопанный. Он всегда терпеть не мог чванливого старика, удивлялся, почему такие видные ученые, как Гюнашли, вынуждены считаться с ним, выслушивать его тупые рассуждения, вступать в бесплодные споры. Теперь он понял: с Бадирбейли не так-то легко справиться. Он, как любил выражаться Зия Лалаев, не из тех, кто позволит уложить себя на обе лопатки.
* * *
Профессор Башир Бадирбейли шагнул на тернистый путь науки прямо с производства. Шагнул легко, не прилагая особых усилий. Разве мало в жизни случайностей? Одних судьба щедро балует счастьем, других обделяет. Бадирбейли принадлежал к тем, кто умел охапками хватать дары судьбы.
Отец Башира всю жизнь честно трудился, но так ничего и не заработал, кроме твердых мозолей, - даже пяти аршин бязи на саван. Вдали от дома и родных проглотил его нефтяной колодец, и даже трупа, сколько ни искали, не нашли. Счастье, которого так и не дождался отец, рано погибший, щедро улыбнулось сыну.
