У Тиффани раньше была совершенно иная жизнь — богатый, уважаемый муж, исполняющий все ее желания, светские приемы, магазины, шумные вечеринки, навязчивые поклонники. Все вокруг ее любили. Во всяком случае, уверяли в верности и преданной дружбе. И вдруг после смерти мужа молодая вдова купила крошечную хижину на пустынном берегу моря и стала жить там совершенно одна, ведя самостоятельно нехитрое хозяйство и сторонясь людей. Никто не подозревал, что она владелица вполне приличного состояния, ее образ жизни скорее подходил сироте, не имеющей за душой ни гроша. Во всяком случае, именно так подумал Кристофер Уолленджер, когда впервые встретил Тиффани на пустынном пляже…
Натали Вокс
Когда мы были счастливы
1
Тиффани всегда считала, что способна к самоанализу, давно, правда, не видя в этом особой для себя пользы. А на самом деле, живя в намеренном, тщательно выверенном уединении, она приспособилась обдумывать одну-две основополагающие мысли. Сидишь на грядке, убираешься в своем более чем скромном жилище и вроде думаешь, думаешь… А о чем, собственно? Все об одном и том же. Что Бог помог порвать с прежней жизнью. Еще о чем? Что, слава Богу, новая жизнь ей не в тягость, а скорее наоборот. Работаешь, трудишься, и все меньше тебя тревожат призраки прошлого.
Но вдруг настала пора… Впрочем, не настала — ворвалась в ее жизнь пора, вынуждающая обдумать свою судьбу и резкий перепад в ней.
Совершенно незнакомый человек спасает ее со скалистого островка во время прилива. Противный, нахальный, красивый, улыбчивый, обольстительный, отвратительный, но… спаситель. Правда, — и Тиффани может об этом заявить совершенно ответственно, — она не давала ему спуску. Еще на той злополучной скале, когда было ясно, не явись этот самоуверенный красавец, — гибели не избежать, уже тогда в ней нашлись силы дать отпор его ироничной наглости. Он-то явно почувствовал, что с ней ему будет не так просто, как с другими.
Конечно, вид ее не очень подходил для того, чтобы становиться в горделивую позу, — две полосочки, с позволения сказать, купальника.
— Как вас зовут? — едва выбравшись из смертоносных волн, поинтересовался незнакомец. Ну не кокетничать же в таком отчаянном положении…
— Тиффани Моултон, — клацая зубами, сказала она. Он же ответил с таким видом, будто поправлял бабочку на фрачном костюме:
— Будем знакомы — Кристофер Уолленджер.
Надо как-то выбираться быстрей с этой погружающейся в море площадки, а он, понимаете ли, хочет еще что-то выяснить.
— И давно вы тут находитесь?
— Я… я… сама не знаю… — Тиффани с ужасом смотрела на бушующее море. — Я очень устала и заснула, а прилив… он надвигался с такой скоростью…
— У моря есть такая привычка. То наступает, то отступает, — прокомментировал красавец-мужчина. — А для вас это, видимо, было новостью. — И смерил девушку полным превосходства взглядом.
— Понимаете, я заснула, не задремала, а именно крепко заснула. Ой! Вы соображаете, что делаете?
Крис в этот момент стянул с плеч Тиффани полотенце и швырнул его в сторону, заставив девушку инстинктивно прикрыть руками слишком открытое тело.
— Боюсь, у нас не так-то много времени, чтобы вы демонстрировали здесь свою застенчивость, мисс Моултон. Ветер набирает силу, а вы намерены вернуться на берег, как я понимаю?
— Конечно! — Тиффани злилась, но разве в таком положении есть у нее право на злость? — Только я не очень хорошо плаваю.
— Ну так решайтесь же! — нетерпеливо потребовал он. — Смотрите, что творится, — минута-другая — и тропинку, что ведет к скале, совсем зальет.
— Но я… я не могу! Мне страшно! — не переставала канючить девушка. — Не могли бы вы вызвать сюда спасательную службу или придумать еще что-нибудь?
— Может быть, вас устроит спасательный самолет? Или вызвать парочку королевских морских вертолетов? — Крис не скрывал издевки. — Видимо, по этому случаю стоит поставить в известность и средства массовой информации?
Тиффани сжала губы и с ненавистью посмотрела на своего ироничного спасителя.
— Чего вы злитесь-то? — взъерепенилась она. — Вы знаете, сколько времени я здесь мучаюсь и все ору, кричу, все жду, что кто-нибудь мне поможет…
— Так какого черта сейчас орать? Я же здесь! — остановил ее Крис. Его ничуть не тронуло, что девушка еле сдерживает слезы. — Прекратите истерику и слушайте меня.
Что он о себе думает? Почему позволяет такой тон? Насмешки, приказы, безапелляционные заявления… За дурочку что ли ее принимает?
— Чурбан бесчувственный! — выкрикнула она прямо ему в лицо. — Лучше утонуть, чем дать вам насладиться ролью спасителя!
Крис пожал плечами.
— Как вам будет угодно. — Он повернулся и, с трудом преодолевая волну, вошел в воду. — Рад буду с вами встретиться, если удастся, конечно.
Ужас охватил Тиффани.
— Подождите! — в отчаянии закричала она. — Вернитесь! Вы понимаете, что делаете?
Нет, не может он вот так оставить ее здесь одну, конечно же, не может! Это просто немыслимо! Но мужчина уже плыл к берегу и, по-видимому, даже крика ее не слышал.
— Простите меня! — взмолилась Тиффани. — Я сказала совсем не то, что думала. Пожалуйста… умоляю вас, вернитесь!
Крис поплыл обратно. Девушка с облегчением вздохнула. Но едва он приблизился, с осуждением в голосе произнесла:
— Вы… вы поступили очень скверно.
— Вы же сами сказали, что не желаете, чтобы я вас спасал. Разве я мог посметь действовать против желания юной леди? — Губы Криса скривились в усмешке. — Все ваши крики, сопротивление — это так утомительно. Ну что, идете со мной или снова начнем капризничать?
Просто негодяй бессердечный, подумала Тиффани, но подчинилась его воле и осторожно вошла в ледяную воду.