Глаза предательски защипали. Откуда в прошлый раз во мне взялась такая самоотверженность? Как я нашла в себе силы отпустить Чжэ Ёна, вместо того чтобы вцепиться в него руками и ногами? Мне захотелось вернуть ту Эллу, захотелось попросить ее быть сильной и снова отпустить Чжэ Ёна. На сей раз – скорее всего навсегда. Каждая клеточка моего тела противилась этой мысли. Я не могу этого сделать. Не могу его отпустить… и это меня пугает. Похоже, Чжэ Ён занимает в моем сердце такое важное место, что мне ничего не остается, кроме как встретиться с последствиями этого.
Я осторожно отстранилась. Руки Чжэ Ёна повисли, как у марионетки, которой перерезали ниточки.
В комнате стемнело. Из окна падал слабый лунный свет, и казалось, что мы попали в другое измерение. То, в котором время остановилось – хотя бы на сегодня. Я обхватила лицо Чжэ Ёна, отступила на полшага и наклонилась к нему. Наши губы встретились, и у него вырвался вздох, полный боли.
Я понимала, что завтрашний день не принесет с собой ничего хорошего, но сейчас мне не хотелось об этом думать. Мне хотелось стереть беспокойство из глаз Чжэ Ёна и, судя по тому, с каким энтузиазмом Чжэ Ён ответил на мой поцелуй, он разделял мои чувства. Он встал, взял меня за затылок, заставляя запрокинуть голову, и углубил поцелуй. Мы еще никогда не целовались с такой страстью. Отчаяние сделало свое дело.
Я поддалась огню, который разгорелся внизу живота. Сердце билось как заполошное – и от страха, и от желания. Я потянула за футболку Чжэ Ёна, вытаскивая ее из брюк, и вскоре у меня под пальцами оказалась гладкая обнаженная кожа. Я отстранилась, чтобы Чжэ Ён смог снять футболку через голову.
Потом Чжэ Ён толкнул меня на кровать, стянул брюки, лег рядом и заскользил теплыми руками по моему телу. Все это время он смотрел мне в глаза, и его нежный взгляд составлял резкий контраст с обжигающими прикосновениями. Меня переполнило ощущение его близости. Я не думала ни о завтрашнем дне, ни о внешнем мире и том, что ждет нас дальше.
В это мгновение ничего, кроме нас двоих, не имело значения.
В ту ночь я почти не спала. Страх неизвестности породил круговорот мыслей и, чтобы выбраться из него, я стала думать о Чжэ Ёне. Попыталась сосредоточиться на ровном дыхании, щекочущем мне плечо, или на тяжести его руки – он не отпускал меня даже во сне. Пока Чжэ Ён рядом, все будет хорошо. С ним я чувствую себя в безопасности, в каком-то смысле – даже неуязвимой.
Шли минуты, утро неумолимо приближалось. Вскоре из окна проникли первые лучи солнца, и я увидела пляшущие по комнате пылинки. Раздался тихий сигнал, уведомляющий о входящем сообщении, и Чжэ Ён проснулся – судя по всему, сегодня он тоже плохо спал. Чжэ Ён поцеловал меня в щеку и погладил по руке, лежащей на одеяле. Потом перевернулся на спину и взял телефон.
Перекатившись на другой бок, я увидела, как он прочитал полученное сообщение и со вздохом потер глаза, словно прогоняя остатки сонливости.
– Со мной хотят поговорить, – произнес Чжэ Ён голосом, напрочь лишенным эмоций.
– Когда?
– Через час.
Чжэ Ён сел в кровати и повернулся ко мне спиной. Я провела пальцем вдоль его позвоночника и принялась вырисовывать на коже маленькие круги.
– Можно пойти с тобой? – поинтересовалась я.
Не представляю, как переживу следующие несколько часов в ожидании возвращения Чжэ Ёна… Знаю: едва за ним закроется дверь, как я начну расхаживать взад-вперед по квартире, подгоняемая мучительными переживаниями.
Я почувствовала, как плечи Чжэ Ёна напряглись.
– Уверена, что хочешь пойти со мной? В прошлый раз с тобой обошлись просто ужасно… И я не знаю, что случится сейчас.
– Я не хочу оставлять тебя одного, – ответила я, продолжая рисовать круги у него на спине.
Чжэ Ён взял меня за руку и крепко сжал ее.
– Очень сомневаюсь, что тебя вообще пустят на встречу.
«Как и в прошлый раз», – подумала я.
– Но происходящее касается и меня тоже!
– Да, знаю. Будь моя воля, ты бы пошла со мной. Но все упирается в мое начальство и в мой контракт, о котором и пойдет речь. Что бы ты ни сказала, это ничего не изменит. Менеджер собственными глазами видел нас вместе, хотя нам запрещено встречаться.
Ненавижу собственное бессилие и то, что никак не могу повлиять на ситуацию! Скорее всего положение лишь усугубится, если я попытаюсь прорваться на встречу.
– Тогда я подожду тебя в студии, – заявила я.
По крайней мере, так я буду относительно рядом…
Не дожидаясь ответа, я откинула одеяло в сторону, встала с кровати и, прихватив одежду, направилась в ванную.
Приняв душ и одевшись, я вернулась в спальню. Чжэ Ён как раз застегивал рубашку – черную, под стать брюкам. Закончив, он пригладил спутанные волосы и поправил висевшую на шее цепочку. Этот нервный жест выдавал бушующее внутри волнение.
