В животе урчит от голода, придется вставать. Потягиваюсь, разминая занемевшие в полете мышцы, плетусь в кухню. Там стоит ваза с фруктами, есть еще поршневой заварной чайник и пакетик кофе. В холодильнике, просто громадном для такой маленькой кухни, молоко, и на столике пакетики с сахаром. Есть и электрочайник, ярко-красный. Наливаю воды, ставлю кипятиться, сама иду в душ. Душевая великолепна, вся из стекла, на полочке душистые пузырьки с шампунем и мылом. Вода лучше всего возвращает меня к жизни. После душа я готова ко всему, что мне предстоит сделать. Заварочный чайник по конструкции немного сложнее, чем нужно, но кофе получился божественный. Я полностью отдергиваю занавески и, наслаждаясь видом на залив, поедаю два банана, два яблока, пью кофе. Этого мне должно хватить на время, а потом где-нибудь сяду поем.
Сейчас самое главное – найти зарядное устройство для телефона. Перед отъездом я пыталась его купить, но времени было мало, а в магазине оказались зарядки только для европейских, британских и японских розеток. На стойке администратора стоит стройный молодой человек. Я спрашиваю его, где купить зарядное устройство, и он показывает на один из выходов, что ведет на главную улицу.
Выхожу, и меня сразу поглощает жара. Ощущение такое, словно я запечатана в толстом влажном конверте. С минуту просто стою на месте и вдруг остро сознаю, что я одна в чужом городе с многомиллионным населением за многие тысячи миль от дома и своих знакомых. Меня охватывает паника, ведь у меня нет телефона с GPS, как же я буду ориентироваться? В голове сразу возникают всякие ужасы: меня сбивает машина, потому что, переходя улицу, я посмотрела не в ту сторону; забредаю в опасный район; случайно оказываюсь в эпицентре какой-нибудь драки.
Нет, не позволю этой мысли повелевать собой. Когда-то я, не раздумывая, уехала в университет за много миль от дома, а ведь тогда телефонов с навигаторами не было. Я бросаю взгляд вокруг, смотрю, где нахожусь, отмечаю основные ориентиры: большая площадь с лестницей заполнена нарядно одетыми молодыми азиатами и потными туристами из Европы. До меня доносятся китайская и корейская речь, обрывки фраз на немецком языке, а также на английском с разными акцентами.
Такое попурри успокаивает нервы, напоминает о Сан-Франциско, где я прожила почти десять лет – учеба в институте, затем ординатура. Окленд во многом похож на Сан-Франциско – такой же сверкающий, окружен водой, многолюдный и дорогой, чрезвычайно привлекательный.
Я оборачиваюсь, обращая внимание на то, что здание отеля, в котором я остановилась, это, по крайней мере, частично, многоквартирный жилой дом, и от других оно отличается элементами стиля ар-деко. Его будет видно издалека. Но я все же запоминаю адрес и название улицы, по которой иду.
Дежурный в отеле направил меня в торговый комплекс. Я прохожу мимо множества магазинчиков на подземном этаже и неожиданно оказываюсь на оживленной главной улице. Квин-стрит. Здесь тротуар укрыт навесами магазинов, под которыми толпится народ, и я рада, что могу спрятаться от солнцепека.
Магазин электроники – точно такой же, как любой другой: гаджеты, коробки, провода. За прилавками – молодые ребята и одна девушка. Она подходит ко мне.
– Добрый день, мадам. – От такого обращения я сразу чувствую себя старушкой. – Вам помочь?
Акцент у нее совсем не австралийский, как можно было бы ожидать; манера произношения более отрывистая и ритмичная.
– Да. – Я вытаскиваю телефон. – Мне нужна зарядка.
– Вы из Америки, да?
– Да, но вроде бы это не имеет значения. Здешняя зарядка должна подойти к американскому телефону.
– Не беспокойтесь, – улыбается девушка. У нее круглое белое лицо. – Я просто отметила. Мне бы так хотелось побывать в Америке. – Она манит меня пальцем. – Пойдемте.
– А где именно в Америке? – спрашиваю я, просто из вежливости.
– В Нью-Йорке, – отвечает она. – Вы там бывали?
– Один раз, участвовала в конференции. – Та поездка почти не отложилась в памяти. – Правда, мне запомнилось только, что я ходила смотреть картину, которую всегда любила.
– Так. – Девушка снимает с полки коробку, берет у меня телефон, проверяет. – Да, это подходит. Что-нибудь еще?
– Да нет. – Но потом, взглянув на провода, понимаю, что мне нужен провод для лэптопа. Называю ей фирму и модель. Затем мы идем к кассе, я протягиваю ей кредитку.
– А что за картина? – спрашивает она.
– Что?
Девушка возвращает мне кредитку.
– На какую картину вы ходили смотреть в Нью-Йорке?
Я улыбаюсь, качая головой. Мне не хочется признаваться, что это картина одного из прерафаэлитов, на которой изображена русалка.
– Кисти Уотерхауса[5]. Знаете его работы?
– К сожалению, нет. – Она вручает мне пакет с покупками. – Желаю вам хорошо провести здесь время.
Разговор с продавщицей, точнее, воспоминания о той картине, навевают мысли о сестре, хотя, конечно, я только о ней и думаю с тех пор, как увидела ее в выпуске новостей.
