-Ну, что ты,- постаралась успокоить его Мария, одетая в серое платье, купленное в масс-маркете. Ее светлые волосы были собраны в чуть растрепанный пучок, будто бы небрежно и в спешке собранный, словно она не готовилась целый час к выходу.
Этот выход в "нижний свет", как называла его Хезер, был неплох для имиджа и для самой семьи, что в последнее время так редко собиралась в полном составе. Мария постоянно была занята своим благотворительным фондом "унаследованным" от матери Альберта; Саша учился и играл в школьной футбольной команде; Анна изображала из себя ответственного человека, посещающего выставки и политические рауты; Альберт же сопровождал ее, иногда спихивая данную ответственность на послов и дипломатов, а иногда даже на Виктора, что умудрился пройти в парламент княжества со второй попытки. И что ему на своем месте не сиделось? Правда Анна в полной мере не знала, кем до этого работал друг Альберта.
-Кстати, настолько терпеть не могу рыбу,- княжна вилкой отделила кусочек золотистой, приготовленной в кляре, морской рыбы.- Но здесь она просто великолепна.
Она сказала это чуть громче, чем положено, дабы отвлечь внимание гостей от молчаливой трапезы остального семейства. Они должны веселиться, смеяться и шутить, показывая окружению насколько они счастливы и дружны.
-Ты просто еще не пробовала стейк, -принял подачу Альберт, отпив вина и потянувшись к Марии, погладил ее по щеке. За окном ресторана заработали фотовспышки. Мужчина чуть нахмурился, зная нелюбовь супруги к показным чувствам. Была бы ее воля, она вообще бы дальше лужайки у дворца не выходила.
Из ниоткуда рядом с окнами возникли официанты и закрыли их тяжелыми зеленными шторами. Папарацци и так уже прорекламировали их заведение, теперь нужно было оставить гостей в покое, дабы те после рассказали о данном вечере своим друзьям.
-Ну, наконец-то можно нормально поесть,- вздохнул Саша и отложил нож в сторону. -Сижу как аристократ фигов.
Последнюю фразу он произнес по-роскрански, что немного смутило Альберта, что узнал лишь "сижу".
-Может быть, поговорим о чем-нибудь приятном?- предложила княгиня, поправив на платье салфетку.
-Я предлагаю в следующем месяце сходить вместе в оперу в Париже,- воодушевленно произнесла Анна, тоже отложив столовые приборы и поедая картошку-фри, гарнир к рыбе, с помощью пальцев.
-О, наконец-то высплюсь,- согласился Альберт и засмеялся, не обращая внимание на укоряющий взгляд жены. -Может, лучше сходим на игру к Саше? Возьмем Виктора...
-О, да,- закатила глаза Анна. Иногда ее нервировала эта маниакальная привязанность Альберта к другу. Впрочем, как она может винить его, если сама страдает от невнимания Куроки. -В прошлый раз, наш визит на стадион, чуть не сорвал игру. И дело не в твоей красоте...
Они дружно засмеялись, вед я себя как нормальная семья, не обращая внимание на заинтересованные взгляды других посетителей, что все же не желали покидать данное заведение.
Они встретились с Сорой у входа в один из центральных торговых центров Мокио, он хотел вместе с ней побродить по художественному магазину. Куроки всей своей кожей чувствовал, что вокруг полно скрывающихся репортеров, готовых загрызть друг друга ради удачного снимка "главной пары страны". Юноша усмехнулся: хорошо хоть перестали обсуждать его ориентацию.
Сора. Он считал ее хорошей, умной и талантливой девушкой, которая уж точно была достойна большего. Вот только мы считаем вправе указывать себе кого мы достойны. Любовь временами бывает эгоистична, но это ее ничуть не портит. А вот увлечение... Увлечение может быть стремительным, захватывающим, сладким и опасным. От него может вскружить голову и подтолкнуть к пропасти. Нестабильно и прекрасно. Именно на него Куроки списывал все свое безумное помутнение. А как еще объяснить то, что ни в одной девушке Упонии он не мог найти той искры, что притягивала его к Анне?
-Особый сдвиг мозга,- неожиданного для самого себя вслух произнес Куроки и оглянувшись по сторонам, с облегчением обнаружил стоящую рядом удивленную Сору.
-Прости что?- встав на цыпочки девушка легко коснулась губами его губ.
-Ничего,- уклончиво ответил принц, приобняв ее за плечи, повел в сторону одного из брендовых магазинов. Он почти научился уводить разговор в иное русло. Ямаде лишь оставалось промолчать: она прекрасно понимала, что даже то, что она официально является почти невестой наследного принца не дает ей права возражать ему или критиковать, а тем более устраивать сцен. И что-то ей подсказывало, что и в будущем такой свободы ей не предвидеться. Какое-то женское чутье подсказывало Соре об опасности и запертой комнате, расположенной в сердце Куроки и она, проведя столько ночей без сна, решила, что не будет открывать эту и дверь и узнавать кто же там живет. Нет. Она умна. Она будет потихоньку собирать у той двери баррикады, состоящие из счастливых моментов связанных с ней, с лаской, смехом, нежностью и заботой. Ему нужно внимание? Она тут как тут и обязательно поддержит, даже если он не прав. Вот только почему ей это нужно?
