— Я не могу так, Нэйт. Он добрый и… Он очень сильно напоминает мне Кристиана… Я не могу сделать ему больно. Я бы так подло никогда не поступила со своим братом, — Эбби поболтала стаканчик с кофе.
— Ясно. Попробуем обойтись без него, но если мы ничего не выведаем, то ты пойдешь к своему псевдобрату, — Нэйт грузил новости.
— Хорошо. Что у нас есть вообще?
— У нас ничего пока что нет, так как Доминика Гашека убили. Однако Интернет не особо пестреет новостями об его убийстве. Такое чувство, что наши показания были чисто формальными и никто этим заниматься не будет.
— Нэйт, тогда что мы будем делать? Неужели тайна о той авиакатастрофе навсегда ушла с Домиником?
— Эбби, нам остается только одно: поехать в аэропорт, взять запись с камеры видеонаблюдения и посмотреть, был ли твой брат на посадке в этот самолет.
— А ты уверен, что нам предоставят эту информацию?
— Нет, но попробовать стоит.
— Отлично, тогда отправляемся прямо сейчас. Нам нельзя терять ни минуты.
Узнав адрес аэропорта, откуда ходят рейсы American Airlines, они вызвали такси и, заплатив немалую сумму за доставку, отправились на место назначения.
В аэропорту Нэйтен и Эбби старались вести себя спокойно, чтобы не привлечь к себе внимания. Подойдя к столу регистрации в порядке живой очереди, они спросили, можно ли поднять данные за 28 марта этого года. Женщина, лет 35, с ухоженным лицом и аккуратно уложенными волосами, нахмурила брови, объясняя, что это не положено. Как они ни старались, получить желаемое им не удалось, поэтому с огорченными лицами Нэйтен и Эбби побрели на выход.
В последний момент женщине стало жаль их, именно поэтому она их окликнула и позвала к себе.
— Давайте только быстро, подойдите к охраннику, он вас отведет, — шепнула им женщина.
Эбби расплылась в улыбке и отблагодарила женщину. У нее появилась надежда, что она узнает правду, ведь эта запись была единственной их зацепкой.
Найдя охранника, Нэйтен попросил его об услуге, и тот, осматриваясь по сторонам, махнул им рукой и завел в комнату, где хранились записи с камер видеонаблюдения.
— Какое число? — грубый мужской бас разнесся по комнате.
— 28 марта 2016 год, — запнувшись, сказала Миллер.
Честно говоря, Эбби боялась узнать правду. Она опасалась, что этот лектор окажется ее родным братом. Она бы сильно разозлилась, побежала к нему и одарила бы его лицо тысячами пощечин за те слезы, которые она проливала каждую ночь. Ее руки начали дрожать, когда охранник нажал на кнопку «Рlay». Чтобы как-то сохранить спокойствие, Эбби взяла Нэйта за руку.
В аэропорту была полнейшая суматоха. Люди заполнили зал ожиданий в предвкушении полета. Кто-то летел в долгожданный отпуск, кто-то возвращался домой, а кто-то искал хорошее времяпрепровождение.
День выдался жарким несмотря на то, что был еще конец марта. Солнечные лучи бегали по стенам здания, играя в догонялки. Пару людей зарегистрировались на рейс Лос-Анджелес-Ньюпорт и пошли в дьюти-фри для приобретения сладостей для своих близких.
Парень в черной кожаной куртке подошел к столу регистраций и что-то усердно объяснял работнику. Вел себя он довольно-таки подозрительно: постоянно чесал затылок, проверял карманы и кому-то все время набирал. Через 10 минут к этому парню подошел до боли знакомый силуэт. Это был Кристиан.
В этот момент Эбби отвела взгляд. Она боялась увидеть то, что будет дальше. Эмоции брали над ней верх, ей казалось, что из-за этого мужчины случится что-то непоправимое.
Кристиан пожал ему руку, после чего, постоянно поглядывая на этого парня, регистрировался. Положив свой паспорт в карман, Кристиан побрел в зал ожидания, на нем не было лица: глаза были полны тревоги, уголки губ нервно содрогались. В руках парень теребил какую-то бумажку.
Возможно, он хотел кому-то ее передать, может, это была предсмертная записка, но об этом уже никто не узнает.
Запись прервалась, на экране показались серые волны: кто-то отключил камеры. Но осталось время.17:32.
Как раз в этот момент взлетал их самолет и в 17:34 взорвался в воздухе.
Эбби не могла сдерживать слез. Она пока ничего не понимала, она снова вспомнила тот день, как будто ее вернули на пять месяцев назад.
— Эбби, пойдем, — Нэйтен обнял девушку и медленно покинул коморку, кивая головой охраннику в знак благодарности.
Миллер прижалась к Фостеру, слезы ручьем лились с ее глаз. Во время просмотра видео она как будто погрузилась в атмосферу того дня, прочувствовав все собственным телом. На долю секунды ей показалось, что это она была в том самолете American Airlines и вместе с остальными переживала этот страшный момент.
Нэйтен довел ее до дома и уложил спать: ей было необходимо сейчас отдохнуть и переварить полученную информацию. Укрыв ее пледом, Фостер в последний раз посмотрел на нее и покинул квартиру.
Эбби, подложив свои маленькие ладошки под голову, мило сопела в подушку. Сейчас она чувствовала расслабление и успокоение, слезы высохли на щеках, а в голове девушки были приятные мысли.