Он снова сбежал, когда она была готова отдать ему тело, позволить утолить желание. Он подарил ей столько блаженства, что угрызения совести не давали покоя: ведь это она получала львиную долю удовольствия.
Но была ли Калли действительно готова?
Она не питала никакой сентиментальной привязанности к своей девственности. Разве что считала должным оставаться добродетельной. Ради семьи. Но что может быть более респектабельным, чем осуществить законный брак с законным мужем.
И все же мистер Портер во многом оставался ей чужим. Как она может отдаться тому, кто не желает показать ей лицо?
Калли прислонилась лбом к оконному стеклу, уронила руки на колени и, почти забыв о шитье, сонно смотрела на яркий пейзаж за окном. Кто он? Почему так изуродован? И что за человек? Он не был недобр… но и добрым его не назовешь. Жил в прекрасном доме и все же ничего не делал, чтобы навести уют. Люди ждали от него поддержки, но он отстранился от них. Родные хотели его внимания. Но он почти не говорил с ними. Разве это поступки хорошего человека?
Да, он спас ее, рискнув собой, чтобы она не разбилась о камни под окном, и все же был совершенно готов умереть от руки Дейда. Может, ему просто нечего терять?
Мистер Портер воистину загадка.
Темное пятнышко, замеченное краем глаза, привлекло ее внимание. Калли повернула голову и лениво прищурилась. Но, присмотревшись, мгновенно забыла о дремоте и прижала руку к стеклу. Там, в конце газона, между двумя ветвистыми деревьями стоял человек.
Калли только недавно проходила там и знала истинный размер деревьев и то, что на расстоянии они казались гораздо ниже. Значит, мужчина должен быть гигантом.
Калли старалась не шевелиться, жалея о том, что так резко встрепенулась, и надеясь, что он ничего не заметил. Что не увидел ее светлого платья, потому что солнце светило так ярко и прямо ему в глаза… Лицо мужчины было скрыто полями бесформенной шляпы… Калли оглядела библиотеку в поисках подзорной трубы. Но когда снова обернулась к окну, человек исчез. Сколько бы она ни напрягала глаза, всматривалась в тени, но видела только два величественных дерева.
Стук-стук…
Сердце Калли заколотилось от страха. Но это всего лишь дверной молоток! Открыв дверь, она узнала, что Беатрис и Генри прислали обещанную кобылку. Красивое рыжее создание танцевало на конце повода, который держал конюх. На ней уже были дамское седло и узда. Кобылка была готова к выезду.
Конюх пообещал приготовить для кобылки стойло в конюшне мистера Портера, так что Калли оставалось только расседлать ее и отвести на место после прогулки по округе.
Калли нерешительно согласилась. Она умела ездить верхом, конечно, но одно дело — медленно трусить по лондонской Ротген-роу рядом с братьями и совсем другое — провести весь день в седле, разъезжая по окрестностям.
Лошадку звали Салли.
— Привет, Салли. У тебя такие красивые… ушки. Очень изящные и заостренные, — похвалила Калли. Наверное, глупо хвалить животное, но Калли давно усвоила, что приветливость и вежливость еще никому не повредили.
Вышеупомянутые ушки дернулись при звуке ее голоса. Калли обнаружила, что кобыла пристально ее изучает.
«Женщина, не толстая и не особенно сильная. Никаких проблем».
Калли покачала головой.
— Не стоит недооценивать меня, Салли. Я вырастила четверых младших братьев, и к тому же Уортингтонов. И с тобой справлюсь.
Возможно, у нее разыгралось воображение, но ей показалось, что выражение влажных карих глаз Салли стало менее самодовольным.
Конюх ушел на конюшню готовить стойло. Калли привязала Салли к железному кольцу, вделанному в столб перед входом, и побежала в дом за принадлежностями для рисования. Теперь, когда у нее есть лошадь, уйдет всего несколько минут на то, чтобы добраться до деревни и проконсультироваться с мистером Баттоном насчет бала. И тогда у нее будет целый день, чтобы проехаться по долине и добавить новые образцы к уже собранным.
Она поспешно натянула спенсер и переобулась в крепкие ботинки. Конечно, без настоящей амазонки она будет выглядеть глупо, но что поделать? По крайней мере седло было дамским!
Каллиопа так торопливо удрала из дома, что Рену не оставалось ничего, кроме как оседлать своего мерина и мчаться вслед за женой. Конюх Генри почтительно кивнул, когда Рен уезжал, словно безумец в капюшоне был вполне обычным зрелищем. Может, Генри отдаст ему парня в конюхи? Каллиопа абсолютно права: дому необходимы слуги.
Когда-то он мог оставаться в седле часами, а если требовалось — и днями. И теперь, войдя в ритм, чувствовал, как возвращаются силы. А вместе с ними — и воспоминания о прошлой ночи с женой… поединок на шпагах в библиотеке, Каллиопа на полу перед ним, покоренная и беспомощная… бесстыдные крики страсти и желания…
Вскоре он увидел впереди Каллиопу верхом на кобылке Генри. Перед тем как свернуть в деревню, она поехала медленнее, так что, миновав мост, Рен натянул поводья. И как раз вовремя. Скакать верхом с восставшей плотью было довольно затруднительно. Поэтому он задержится, пока она не закончит свои дела в Эмберделле.
