– Я не возьму его. Это нелепо. Ты просто напугана, но мы же вместе. Мы сможем сделать это вместе. Я тоже боюсь. Давай, нам пора идти.
Марго осталась стоять, словно приросла к своему месту. Схватив ее за руку, я потащила ее вперед. Я подумала, что потом она еще будет мне благодарна. Но Марго оттолкнула меня.
– Убери руки! – воскликнула она.
Мы обе замерли. Она прихлопнула рот ладонью, сжавшись от ужаса.
– Боже мой, прости меня, прости!
Она еще раз попыталась передать мне Зеда, но я только покачала головой. Мы обе знали, что, если она вернется в лагерь без ребенка, ей конец.
Слезы покатились у меня по щекам.
– Я не могу уйти без тебя.
– Иди. Ты должна, – срывающимся голосом проговорила Марго. – Беги.
– Идем со мной, прошу, – плача, прошептала я. – Я не справлюсь одна.
– Они явятся в любую минуту. Ты должна идти прямо сейчас. Ждать нельзя.
Марго сделала шаг назад, приготовившись убегать.
– Помни, что всегда говорит Абнер, – если уходишь, не оглядывайся. Иди, Кейт.
Рыдания сотрясали меня.
– Марго, нет.
Но она уже повернулась ко мне спиной и бежала назад, к лагерю. В какое-то мгновение я едва не последовала за ней, но сопение Шайло у моей груди придало мне мужества, которое требовалось, чтобы повернуться лицом к лесной чаще и сделать шаг в ночь.
Чья-то ладонь накрыла мой рот, и я, вздрогнув, проснулась. Все мое тело мгновенно напряглось. Внезапно прямо передо мной возникло мамино лицо – склонившись надо мной, она прижала палец к губам и жестами объяснила, что нужно вылезать из постели. Мои глаза постепенно привыкали к темноте, в которой начали проступать контуры нашего номера. Шайло была туго привязана к маминой груди, и, стаскивая с меня покрывало, мама ее нервно покачивала. Я впала в замешательство, не понимая, что случилось и почему нам нужно было вести себя тихо.
– Скорее. Нужно спешить, – выдохнула мама, когда я, спотыкаясь, принялась разыскивать на полу свою одежду.
– Куда мы пойдем? – так же шепотом спросила я.
Неистово замотав головой, мама указала на мои найки, валявшиеся возле двери в ванную. Я влезла в джинсы и футболку, в которых ходила перед сном, и наклонилась, чтобы обуться, мама же почему-то бросила беглый взгляд в окно. Я начала было запихивать вещи обратно в сумку, но она рывком подняла меня на ноги.
– Времени нет, – прошептала она мне прямо в ухо.
Прежде чем открыть дверь, которая вела во внутренний дворик, она ненадолго приникла к дверному глазку, а затем схватила меня за руку и потащила вдоль по коридору, не сводя глаз с парковки внизу. Свернув за угол сразу за генератором льда, мы оказались на лестнице, которая вела вниз.
– Мама, что происходит? Ты меня в самом деле пугаешь, – воскликнула я, сбегая по ступенькам. Я чувствовала, как впиваются в мою кожу ее ногти. Мама вела себя так, словно меня не слышала. Я еще подумала, может, это один из ее посттравматических эпизодов, или как там их называют?
Выскочив на парковку, мы принялись петлять между рядами машин, пока, наконец, не выбежали на дорогу. Тогда она рывком заставила меня остановиться и украдкой огляделась по сторонам.
– Куда мы идем? – повторила я свой вопрос.
– Я все объясню, когда мы доберемся, – еле слышно прошептала она.
– Я должна позвонить папе.
Я принялась рыться в кармане в поисках телефона. Куда же он запропастился?
Бросив взгляд назад, она сорвалась с места и побежала по левой стороне улицы. Заметив, что я так и осталась стоять на обочине, она бегом бросилась назад, через дорогу.
– Эбби, нужно идти. Давай же.
Что-то было не так с ее лицом. Почему мне показалось, что она странно выглядит?
– Я никак не найду свой мобильник, – отозвалась я, пытаясь голосом не выдать охватившую меня панику. Я должна была позвонить папе. Он бы понял, что нужно делать.
– У нас нет времени.
С этими словами мама снова схватила меня за руку и потащила за собой. Внезапно из-под покрывальца показалась головка Шайло и раздался плач. Мама накрыла ее ротик рукой.
– Ш-ш-ш, тише!
Она явно была не в себе – нас никто не мог услышать.
Мы выскочили на улицу, и мама перешла на бег, а из-за угла в тот же миг на высокой скорости вылетел черный фургон. Он с визгом затормозил прямо перед нами. Мы остолбенели. Передние двери фургона распахнулись, и из кабины выпрыгнули двое мужчин. Страх сковал все мои внутренности, когда они двинулись к нам. Мама крепко обхватила меня за талию.
– Мам? – всхлипнула я.
– Не бойся, Господь с нами, – пробормотала она в ответ.
До нас незнакомцам оставались считаные секунды. Когда один из них схватил меня за запястье и заломил руку мне за спину, я издала леденящий кровь вопль.
– Заткнись, дитя, – прошипел он в каких-то дюймах от моего лица. У него был совершенно дикий взгляд. На лице его засохла грязь, волосы выглядели нечесаными и неопрятными. Его загорелая кожа растрескалась и отслаивалась чешуйками.
– Помогите! Кто-нибудь! По…
