– Ты чего? Это как?– развел руками собеседник. скажешь, что это невозможно?!
– А вот так. Сейчас при тебе и займусь этим.
– Ну да… А ложки золотые, хотя бы одна, у тебя есть?!– буквально подскочил к девушке парень.
– Не только у меня, но и у тебя, глупенький, есть!– продолжала вести свой загадочный разговор разрумянившаяся на морозе Маринка.– Слушай, есть идея: узнай у прохожих, о чем спрашиваю.
– Девушка, а, девушка,– обратился Димка к незнакомке лет двадцати,– можно у вас что-то спросить?
– Спрашивай, коли не шутишь,– недоуменно разрешила та.
– Вы умеете хлебать золотыми ложками бесплатно?– опередила парня Маринка.
– Чего?! А серебряными не хочешь?! Вам что,– делать нечего?– покрутила у виска пальцем незнакомка.
– Маринка, ну хотя бы ты мне сказала, что это значит.
– А ты сам догадайся. Вот смотри, сейчас я это делаю.
И Маринка, закрыв глаза, улыбалась сама себе.
– И что?
– Не догадался?
– Тогда еще спроси у прохожих, только не у молодых. Наверное, они все же, как и ты, не сообразят, что к чему.
И тут рядом с веселящейся парочкой поравнялся статный седовласый мужчина с увесистым коричневым портфелем в руках.
– Умный, небось, ученый или преподаватель,– промелькнуло в голове у Маринки, и она толкнула локтем Димку, мол, давай, спрашивай.
– Простите, пожалуйста,– несмело парень обратился к незнакомцу.– Можно Вам задать один вопрос?
– А чего же нельзя?! Пожалуйста, молодой человек, я внимательно вас слушаю. Вы наш студент?– кивнул в сторону здания расположенного вблизи института.
– Нет, мы в техникуме учимся.
– И каков ваш вопрос?
– Скажите, вы умеете хлебать золотыми ложками бесплатно?
Старик не поверил своим ушам: эти двое в наше-то время знают творчество Александра Чака?! Неимоверно.
– Не только умею, дорогие мои, но и частенько пребываю в объятиях этого занятия. Да-да, понимаете, это никому не запрещено. Иногда даже полезно. У латышского поэта Александра Чака, родившегося в Риге 27 октября 1901 года и умершего 8 февраля 1950 года, это выражение (правда, в более скромной редакции: без "золотыми" и вместо "хлебать" у поэта "кушать", но в разговорной речи в переводе на русский оно и стало расхо-
жим в цитируемой вами редакции) служило художественным образом для обозначения нашей мечты, полета человеческой фантазии. Позвольте полюбопытствовать: вы знаете творчество этого самобытного поэта? Помните, как у него:
– Не так чтобы…– сказала Маринка,– просто в нашей домашней библиотеке есть его сборник "Сердце на тротуаре", а у моей подруги, ее мама преподает литературу в школе,– редкое издание его стихов "Зеркала фантазий". Вот я там в стихотворении "Красота бедности" и нашла это выражение, мне оно понравилось… «Мечта – это ложка, чтоб кушать бесплатно…", а в пояснениях встретила и такой перевод… что «золотая ложка».
– У вас, деточка, хороший вкус, ибо образ этот замечательный. Я в свое время работал в Латвии и довольно хорошо знаю латышскую литературу,– мужчина посмотрел на часы.
– До начала лекции в институте у меня есть около получаса. Хотите знать мое мнение о роли мечты в жизни человека?
– Конечно, расскажите,– согласились молодые люди.
– Мечта облагораживает сокровенные мысли порой даже самой заурядной личности. Нет на земле человека, хотя бы единожды не предававшегося мечтаниям. Конечно, мечтать, то есть хлебать золотыми ложками, да еще и бесплатно, можно о чем угодно и сколько угодно. С одной стороны, мечта – это как крылья, помогающие человеку взлететь, взлелеять свое воодушевление, порадоваться тому, чего нет в обыденной жизни. Но, с другой, – мечтательность все же призвана быть в согласии с возможностями и способностями своего носителя. В противном случае она приобретёт черты маниловщины.
Заоблачные призывы, приглашения, проекты под стать "пойди туда– не знаю куда" или "сделай то– не знаю что", или "люби меня, а я тебя, и будем навеки верные друзья"– это проявления скрытой безответственности, или болезненного сознания, уязвленной и надорванной психики, или попытка, причем, тщетная, отвлечь себя от реальных проблем и забот.
Можно сколько угодно мечтать о чем-то недосягаемом, "уходить в себя" (в свою экзистенцию), создавать "корабли избранных", плыть в "далекое – далёко", но изолировать, изъять себя из реальности при этом никак не получится, ибо у нее свои законы и векселя, которые она предъявляет к людям.
– Значит, и мечтать ни о чем не нужно? – с разочарованием заметил Димка.
– Почему же? Вот ты кем мечтаешь стать?
– Я? – смутился парень,– положим, юристом, а что?
– И что ты уже сегодня делаешь, чтобы твоя мечта стала реальностью?
– Дружу со студентами юридического факультета,– улыбнулся юноша.
– Во!… Мечта, не умноженная на волю и стремления, превращается в пустую мечтательность.
