- Надо же, - выслушав Захара, задумчиво заговорила Лиза. - Наши с тобой судьбы чем-то похожи. Только я со своей матерью совсем не общаюсь - она уехала, когда мне не было ещё и двух лет. Не выдержала. Вышла замуж и начала новую жизнь. Я осталась с отцом и с бабушкой, а после папа женился, и у меня появились мачеха и сводная сестра. Но ты не думай... Вовсе не злая мачеха, а добрая, заботливая и великодушная. И с сестрой у нас сложились хорошие отношения, хоть Даша и моложе меня на пять лет. Жаль только, бабушки не стало год назад.
- Как ты интересно говоришь, - Захар сам не понял, как эти слова вырвались на свободу из его мыслей. - Я как будто книгу читаю. Хотя я так себе читатель, средний.
- Наверно, ты прав по поводу меня. Я говорю по-книжному, потому что книги - это вся моя жизнь, счастье и отрада, надежда и успокоение.
- Но почему? - удивился Захар. - Ты молодая, симпатичная. Да и не похожа ты на человека, избегающего общения с другими людьми.
- А я не всегда была книжницей. Когда-то у меня был парень, Даня, и я его очень-очень любила. Точнее, мы очень любили друг друга. С детства, начали дружить ещё в десять лет. Мы с Даней учились в одном классе. А в старших классах детские чувства переросли в нечто бо́льшее. Ты очень похож на него, очень. Однако не столько внешне, хотя он тоже был темноглазым брюнетом, сколько характером и повадками. Он даже цветы такие же всегда мне дарил - белые розы, потому я и заплакала. А ты наверняка решил, что я немного того. Характером похож - потому что Даня был такой же сильный, добрый и справедливый, не умел проходить мимо чужой беды. Из-за этого его и не стало: в армии на учениях... при спасении сослуживцев. Шесть лет прошло, а будто один день... Дане до дембеля два месяца оставалось.
Захар очень хотел проглотить комок, застрявший в горле, да всё не получалось. Молчал и смотрел прямо перед собой.
- Вот поэтому я сразу обратила на тебя внимание. В первые два года после... я даже смотреть ни на кого не могла, а потом что-то во мне переменилось. Я начала искать черты Дани в окружающих мужчинах, но увы. Никого хотя бы рядом стоящего встретить не удавалось... до вчерашнего дня.
Захар как-то резко вынырнул из задумчивости и тоски.
- Нет, Лиза, - решительно сказал он. - Я очень тебе сочувствую, искренне, и мне больно за тебя и за твоего жениха. Но я не буду встречаться с тобой только потому, что кого-то напоминаю тебе.
- Захар, ты меня как-то неправильно понял! - испуганно воскликнула Лиза, даже побледнела.
- А я уверен, что правильно, - настаивал на своём Захар. - Вряд ли тебе нужны мои чувства, да и сама ты понимаешь, что они не могут появиться просто по щелчку пальцев. Мне кажется, что главная цель - ребёнок, похожий на твоего возлюбленного, Даниила. Прости, это звучит жёстко, но вопрос очень серьёзный. Ты не успела родить от человека, которого любишь до сих пор, и теперь хочешь совершить своеобразную подмену.
Лиза выглядела очень взволнованной. Если сначала она была бледна, то теперь лицо её вспыхнуло, она даже дышала тяжело. Взяла Захара за рукав куртки и осторожно потянула:
- Не уходи, пожалуйста, Захар! Давай продолжим прогулку, и я тебе всё-всё объясню. Ты поймёшь, что ошибаешься.
- Ладно, объясни, - Захар медленно пошёл следом за Лизой. Почему-то он не мог просто повернуться и уйти, как следовало бы поступить. - Но учти, Лиза, что мнение своё я не изменю.
- Я прекрасно понимаю, Захар, что человека нельзя заставить полюбить кого-то, и даже сам человек не сможет полюбить другого человека при помощи самовнушения и усилий воли. Да мне это и не нужно, ты абсолютно прав. Я по-прежнему люблю Даню, и всегда буду любить только его. А по поводу ребёнка... Если бы, Захар! Ведь можно было бы найти донора при желании, мы живём не в средневековье. Но врачи запретили мне рожать, я просто не смогу выносить ребёнка, погублю и его, и себя. У меня врождённый порок сердца, тяжёлый. В детстве я перенесла одну операцию, которая прошла неудачно, меня едва спасли, вытащили. Тогда моя биологическая мать и сбежала, не выдержала напряжения. А папа и бабушка сказали: больше никаких операций, проживёт столько, сколько отпущено.
- Зачем тогда я тебе нужен? - хмуро спросил Захар.
Сочувствие превышало все мыслимые пределы, Захару даже больно стало, потому он и спрятался за маской недовольства.
- Понимаешь, нашу с Даней связь как будто силой оборвали, осталось столько недосказанного... А ты, как я уже говорила, очень похож на него. Я как будто снова рядом с ним. Мне хочется хоть ненадолго продлить это ощущение. Ты мне очень нужен, Захар! Прошу тебя о простом человеческом общении, дружеском. Никаких вольностей, ничего выходящего за рамки духовного общения, платонического.
- То есть, ты предлагаешь мне дружбу? - уточнил Захар.
Фраза была откуда-то из раннего детства и звучала смешно, однако что только ни придёт в голову, забитую исключительно книжными сюжетами! Это Захар о Лизе так думал.