Вторая половина апреля выдалась гораздо более весенней, ясной и солнечной, чем первая, и Захар весь путь преодолел пешком.
Вот наконец и двенадцатиэтажный длинный дом, в котором жила Лиза. Вот подъезд, до которого Захар её провожал... Раньше на двери не было ни таблички, ни домофона, и Захара это очень удивляло.
Теперь домофон появился, и пришлось ждать, пока кто-то из жильцов выйдет из подъезда или, наоборот, зайдёт. Звонить в домофон и сообщать о своём визите заранее Захар не хотел.
Остановившись у тёмно-серой металлической двери с табличкой "27", Захар вновь задал себе вопрос, с какой целью он заявился сюда, и вновь не смог ответить. Выдохнул и с силой надавил на кнопку звонка.
Вскоре за дверью раздался шорох, и голос, явно принадлежащий пожилой женщине, настороженно и строго спросил:
- Кого надо?
- Здравствуйте! - громко сказал Захар. - Мне нужна Елизавета Колобова.
- Нет тут никакой Елизаветы, - отрезала женщина. - И не было никогда. Иди, не звони тут. Сначала адрес узнай своей Лизаветы, а потом ищи и честных людей беспокой.
- Извините, но я точно знаю адрес. А вы давно тут живёте?
- Всё тебе скажи, любопытный какой! Давно живу, почти тридцать лет. Иди давай, а то я полицию вызову сейчас. Ходят тут мошенники!
- Подождите, но как так может быть? Это ведь Серебрянский проезд, дом восемнадцать дробь один, квартира двадцать семь?
- Аааа, вот оно что! - протянула женщина. Голос её неожиданно смягчился. - Ошибся ты, дом восемнадцать дробь один дальше, хотя примыкает к нашему дому. А этот дом просто восемнадцать.
- Это точно? - спросил Захар, понимая, что вопрос звучит глупо.
- Точно, точно, иди до конца нашего дома и увидишь следующий.
- Спасибо, - вежливо ответил Захар.
...Дом восемнадцать дробь один и вправду оказался дальше. И почему Захар раньше не замечал, что тот дом, в подъезд которого уходила Лиза, просто восемнадцать, без дроби? У него даже сомнений не возникало, что Лиза живёт здесь, потому он и не перепроверял.
Выходит, Лиза обманывала его? Потому и в гости никогда не приглашала? Заходила в чужой подъезд, стояла там и ждала, пока Захар отчалит, а потом спокойно выходила и шла домой. Она не знала, что он подробно запомнил адрес, когда смотрел паспорт. Или знала, но совершенно справедливо и по заслугам держала его за дурака.
Интересно получается. И как-то тревожно: а это единственное, в чём Лиза солгала? И с какой целью лгала?
В нужный подъезд Захар вошёл так же, как в предыдущий: с соседями. Двери в двадцать седьмой квартире тоже были тяжёлые, металлические, только синие. Опять настойчивый звонок, а потом ожидание. И опять возня по ту сторону двери. Дежавю?
Правда, из-за двери с Захаром никто разговаривать не стал. Дверь приоткрылась, и в подъезд быстро вышла светловолосая молодая женщина, одетая в розово-серый трикотажный костюм. Она закрыла за собой двери и навалилась на них спиной.
Захар узнал её сразу: это была та самая сердитая и недовольная "Даша", с которой ушла из бассейна маленькая девочка Ксюша.
- Здравствуйте, - удивлённо заговорил Захар. - Мне нужна...
- Я так и знала, что ты притащишься сюда, как только увидела тебя в бассейне! - тихо, но зло и яростно перебила его женщина. - Что тебе нужно? Не говори только про чувства и про совесть! У таких, как ты, ни чувств, ни совести нет по определению!
Пока Захар "обтекал" и пытался прийти в себя от настолько радушной встречи, с той стороны двери раздался тихий стук, а потом детский голос:
- Даша, кто там? Гости пришли к нам на Пасху?
- Нет, зайка, тут ошиблись адресом и уже уходят.
- А ты там зачем? - настаивала девочка.
Теперь Захар наверняка узнал голос Ксюши.
- Объясняю, как добраться до нужного адреса, - ответила женщина девочке, снова повернулась к Захару и продолжила тихо. - Убирайся! Ты опоздал на семь лет, и ты очень давно никому тут не нужен.
- Никуда я не пойду, - громко сказал Захар и сложил руки на груди. - Во всяком случае, пока не узнаю всю правду. Мне нужна Елизавета Колобова.
- Нужна́аа?! - почти прошипела Дарья, сузив глаза, пылающие искренней ненавистью. - И как давно ты это понял?
Пока что Захар не понимал ничего, кроме того, что Даша ему нравится. Да, вот такая абсурдная ситуация. Он вспомнил, кто это, ведь Лиза не раз говорила о сводной сестре, дочери мачехи.
Лизе сейчас тридцать два, значит, Дарье двадцать семь, она на пять лет моложе. Он решил бы, что Ксения - дочь Даши, но почему тогда девочка называет Дарью по имени, а не мамой?
Все эти мысли вихрем кружились в голове Захара, пока он возмущённо, но жадно всматривался в красивое лицо пылающей негодованием Даши.
С ним всегда именно так это и происходило - он влюблялся сразу и сильно. Впервые - давно, в юности, потом в Аню, и кажется, сейчас опять... А ведь ему уже тридцать лет, да и жизнь изрядно попинала его. Неужели сохранил эту странную способность?
Несмотря на спокойный, уравновешенный и упорный характер, Захар был не из тех мужчин, которым нужен второй взгляд на женщину, чтобы понять, нравится она ему или нет.