От её резкого вскрика на лестничной площадке лопнуло стекло, разлетевшись множеством осколков, а телефон священника вдруг взорвался, только чудом оставив нетронутыми пальцы отца Павла. Где-то за спиной упало несколько фотографий в рамках, треснув. Трещина также появилась и на одной линзе очков свекрови.
- Хватит нести весь этот бред, - уже спокойнее, но всё ещё зло говорила она. - Мне достали твои церковные проповеди. Меня достало, что ты своего сыночка считаешь маленьким ребёнком, хотя он уже давным-давно взрослый мужик. У него есть семья, и нечего совать свой мокрый нос в наше грязное бельё. Иначе, этот нос можно и отрезать.
Марина пальцами показала ножницы.
- Если нет собственной жизни, так хотя бы не лезь в чужую. Я пыталась для тебя стать хорошей, но ты меня изначально приняла в штыки. Хотела суку, так получай. Ведьму? Держи.
Она переступила порог, делая шаг, с ненавистью глядя на женщину, которая испуганно попятилась, хватаясь рукой за сердце, пытаясь скрыться за широкой спиной опешившего священника. Тот всё ещё разглядывал собственную руку, где минуту назад находился телефон, а теперь только одни обломки.
- Да что ты всё за сердце хватаешься? Когда ты уже сдохнешь наконец, и не станешь портить жизнь другим.
Девушка буквально выплюнула эти слова, после чего зашла обратно в квартиру, громко хлопнув дверью. Сердце билось сильно, грозя выпрыгнуть из груди, а виски пульсировали. Красная пелена постепенно спадала, окрашивая мир в привычные краски.
- Уф, ну это я и дала.
Ошеломлённо покачав головой, Марина поглядела в глазок. Взяв побелевшую, чуть ли не терявшую сознания Василису Ивановну, отец Павел повёл её к лифту, дожидаясь, пока приедет кабина. Вскоре створки разошлись, и оба исчезли внутри.
"Всё, капец. Сегодня жди скандала. Обязательно эта старуха пожалуется сынку".
- Да и я сама хороша. Следует сдерживаться.
Девушка прошла в комнату, усаживаясь на диван, нервно постукивая ногой, поглядывая на время, ожидая, когда с истерикой позвонит муж. Но наступил день, а после и вечер, и Денис вернулся, даже ничего не сказав.
- Общался сегодня со своей матерью? - не выдержав, поинтересовалась Марина за ужином.
- Ну да, - ответил он с набитым ртом. - Звонила в обед. И вечером тоже.
- И чего говорила?
- Да ничего такого. Как я. Ем ли нормально? О работе спрашивала.
- И всё? - удивилась благоверная.
- Ну да. А чего, случилось ли что?
- Нет. Просто спрашиваю.
