Павел послушно сел на кушетку рядом с женой Николая. То есть настолько бывшей женой, что теперь с трудом в это верится.
— Нам всем очень понравилась ваша мама, — разглядывая Павла, вздохнула женщина. — Примите мои соболезнования.
— Спасибо.
Слышать о матери не хотелось. Он слишком виноват перед ней.
— Чудесная женщина, мягкая, добрая. Мы радовались, что Коле повезло, а получилось… Я переживала, что Коля один. Чувствовала себя виноватой, хотя со вторым мужем встретилась, когда уже несколько лет была в разводе.
— Бывшие супруги редко сохраняют добрые отношения, — заметил Павел.
Женщина ему нравилась.
— Наверное. Но у нас это получилось. Может быть, потому? что Боря родился в трудное время, мы с Колей оба тогда очень много трудились, о работе думали больше, чем друг о друге. А может быть, просто не безумно друг друга любили. Теперь это не важно. Одно мы всегда знали точно: мы в любой ситуации друг другу поможем, — она повернулась и посмотрела на Павла. — Коля не успокоится, пока не найдет убийцу.
— Я тоже не успокоюсь.
Хлопнула дверь, из палаты вышел Борис. Увидев Павла, улыбнулся.
— Сиделка у нас строга. Выпроваживает, как будто не я ей плачу, а она мне.
Павел улыбнулся в ответ, постучал в дверь.
Николая он в первый момент не узнал. Лицо казалось вытянутым, кривым. Только глаза были его, смотрели на Павла с понимающей усмешкой.
— Перекосило меня?
Павел с трудом разобрал слова. Говорил Николай очень медленно и невнятно.
— Поправитесь, — садясь на стоящий около кровати стул, ободрил Павел и, заметив сидящую в углу сиделку, вежливо поздоровался: — Здассте.
Сиделке было лет двадцать. Она изо всех сил старалась выглядеть солидной и строгой. Лет через десять это ей удастся.
Разговаривать при сиделке не было никакой возможности.
— Вы везде меня опередили, — осторожно подбирая слова, чтобы не сболтнуть при сиделке лишнего, сказал Павел. — И с Антониной успели поговорить, и с Марией Мироновной. Догадки появились?
— Пока я ни в чем не уверен. А догадки ничего не стоят.
От того, как медленно и с трудом говорил Николай, сжималось сердце.
— Не скажете?
— Не скажу. Мне бы на ноги поскорее подняться, — Николай на секунду закрыл глаза, приоткрыл.
— Как с вами это произошло? Этому никто не поспособствовал?
— Нет. Лишнего не придумывай. Мы всех найдем и накажем, Паша.
Он снова закрыл глаза. Павел тронул его за руку и вышел из палаты.
Бориса и его матери в коридоре не было. Наверное, пошли перекусить или прогуляться по территории.
Разыскивать их Павел не стал, дошел до метро и поехал домой.
— Тот парень, с которым Ксюша с родителями кататься в последний раз поехала, Кирилл, в Ксюшу очень влюблен был, — вздохнула Алена. — Очень она ему нравилась. И он ей тоже. Кирилл парень красивый, видный. В него вся деревня влюблена была, а он ни на кого внимания не обращал, только на Ксюшу Василькову. Интересно, Кирилла она тоже не помнит?
— Этого не знаю. Она мужа любит, и он ее.
— А почему же тогда умереть хочет?
— Вот этого-то мы и не понимаем.
— Значит, дом вы покупать не хотите?
— Не хотим, — покаялся Роман. — Мы хотели в дом Васильковых попасть. Ну… Должно же быть какое-то объяснение, почему Ксения так странно себя ведет.
— В дом вы не попадете. Он не продается.
— Это я уже понял. А этот парень, Кирилл, он до сих пор здесь живет?
Не надо было этого спрашивать, запоздало пожалел Роман. Взбредет сейчас Алене в голову познакомить его с Кириллом…
— Родители его здесь живут, а он приезжает, уезжает. Он раньше участковым работал, а когда та трагедия на реке случилась, уволился и в Москву уехал. Мы его осуждали, у него же тогда сестра утонула вместе с соседями. Надо было с отцом и матерью остаться, а он уехал. Нехорошо.
Две девочки лет десяти пробежали по берегу, оглянулись на Романа и Алену, поздоровались.
— Кирилл сестру любил, — вздохнула Алена. — В детстве они с Варей всегда вместе ходили, Кирилла мальчишки даже дразнили. Варя на год моложе его была. В тот год, когда лодка перевернулась, она медицинский университет окончила. Веселая такая была, счастливая, дипломом хвасталась. Собиралась в Москве работать, а оказалась на кладбище.
— Ее ведь нашли не сразу, только через несколько дней?
Девочки пробежали в другую сторону.
— Да. Ужас! В закрытом гробу хоронили.
— Алена, сколько стоит ваш рабочий день?
— Сплетничать — не работать, — улыбнулась Алена. — Не надо мне ничего платить. В другой раз не обманывайте, что собираетесь дом покупать.
— Не буду. Простите.
До тропинки они дошли вместе. Алена направилась в деревню, Роман сел в машину.
Девочек, которые пробегали мимо них, он заметил, когда разворачивался. Девочки сидели в траве, собирали белые цветочки в букетики.
— Где здесь кладбище? — спросил Роман, снова выйдя из машины.
— Там, — рукой показала одна в направлении от деревни.
— А вам зачем? — спросила вторая.
Они были похожи. Белобрысые, в одинаковых шортах, с одинаковыми веснушками на носах.
— У меня там старые родственники похоронены, — обманул Роман детей.
— Как фамилия? — спросила первая.
