Когда растает снег полностью

Девочка.

Тёть Катя, а когда Зося в школу придёт?

Мальчик.

Да, когда? Нам без неё плохо! Нас сталшеклассники обижают!

Катя.

Зоська сейчас болеет, дети, дома лежит. Она вам привет передаёт.

Девочка.

И ей тоже, тёть Катя, привет передавайте! Обязательно. Пусть скорее поправляется.

Дети убегают, Катя, поправив на голове косынку, метёт пол.

Директриса (проходя мимо, с улыбкой).

Всё работаете, Иванова? А кто зарплату получать будет?

Здание школы № 15. Школьный двор.

Катя выходит из школы, пересчитывая свою первую зарплату.

Дети бегут ей навстречу.

Возгласы.

Здрасьте, тёть Катя!

Как Ваши дела, тётя Катя?

А Вы уже уходите?

До свиданья! До свиданья!

Главная улица. Кондитерская.

На углу кондитерской стоит мальчик с кружкой для пожертвований в руке.

Мальчик (подбегая к Кате).

Подайте, Христа ради! Подайте! Маманька бросила, папка в тюрьме, срок отбывает, нам с братишкой есть нечего…

Катя останавливается, ищет в кошельке мелкие монеты. Мальчик трётся возле, незаметно засовывает руку в карман Катиного пиджака, вынимает деньги.

Катя (отыскивая несколько монет).

Вот, малыш, возьми.

Мальчик берёт монетки и убегает.

Комната Глухарихи.

Катя и Лидия сидят за столом.

Катя.

Не успокаивай меня, не надо, это я во всём виновата. Повелась, дура, мальчика пожалела. Ну, ничего, сама проворонила деньги, сама и заработаю.

Лидия.

Брось, Катька! Как ты заработаешь? На панель пойдёшь?

Катя.

А хоть бы и так! Надо ведь Зоську на ноги поднимать. Не одной тебе надрываться, нас кормить.

Лидия.

Я тебя не пущу!

Катя.

Так я сама уйду! Как я решила, так и будет!

Лидия.

Ты серьёзно что ль, Кать? А как же Герман?

Катя (вскакивая).

Нет, нет, молчи! Не говори мне о нём, прошу тебя! Он поймёт меня и простит, если… если вернётся когда-нибудь!

Лидия.

Так, сядь и успокойся! А насчёт этого даже не думай, никуда ты не пойдёшь!

Глухариха (появляясь из-за ширмы).

Девчата, робёнку совсем худо! Дохтура надоть!

Там же. Вечер.

Зоська, разметавшись на постели, тихо постанывает. Катя сидит рядом на стуле.

Катя (пробуя рукой её лоб).

Горит! Что же нам с тобой делать, что делать?

Встаёт со стула, торопливо начинает одеваться. Достаёт из шкафа чулки Лидии, натягивает их. Перебирает платья, надевает самое «приличное».

Зоська (в бреду).

Мама… Мама, ты где?

Катя.

Мама скоро придёт, маленькая моя, не волнуйся. Придёт, денежки на лекарства принесёт. А ты пока с бабушкой побудешь. Тебе ведь не страшно посидеть с бабушкой, правда?

Уходит, прикрыв за собой дверь.

Кафе на Красной площади.

Катя идёт к освещённому кафе. Размалёванные проститутки, заметив её, перешёптываются, две из них, высокая блондинка и располневшая брюнетка, идут к Кате.

1-я проститутка.

Ты откуда такая взялась здесь? Женихов ловишь? Ищи другое место. Клиентуры везде полно.

2-я проститутка.

Да успокойся, Марта, чё ты начинаешь! Пускай девчонка стоит, опыта набирается.

Марта.

Я ей покажу такой опыт, что больше не захочет! А ну пошла отсюда!

Катя отходит, становится за углом. По щекам её, оставляя чёрные дорожки, бегут слёзы. Она достаёт из сумочки зеркальце, смотрится в него.

Катя.

Тряпка, нюни распустила! Хватит! Надо взять себя в руки, раз уж решилась на это.

Мужской голос.

Девушка!

Катя поднимает голову. Перед ней стоит военный в штатском, похожий на Германа.

Военный.

Скучаете, барышня? Не хотите ли немного поразвлечься?

Катя.

Герман, ты… ты…

Военный (не расслышав).

Да, я калека.

Катя оглядывает его с головы до ног. Парень на костылях, вместо правой ноги у него от колена протез.

Военный (продолжает).

Ну так что же из этого, чёрт возьми! Калека значит, по-твоему, не мужчина уже? Я ещё может ого-го!

Катя.

Да я…

Военный.