На ходу ворон размышлял, как поступить. Смысла пробираться сквозь подземелье не осталось. Скорее всего, на лугу развернулись боевые действия, и ему любой ценой стоило добраться до Саши и Коррана. Но бросить в крепи Растана и Арвела он не имел права. Прекрасно помнил, что обязан вызволить двоих из плена, если хочет сохранить семью. Отвести в камеру — невозможно, спрятать в лабиринтах коридоров — глупо, значит, надо вывести на поверхность, показать сальфов и ринуться обратно в борьбу. И орд Стасгард был обязан торопиться!
Отмеченный Морой спешно поднимался к главным вратам. Стражи стояли буквально всюду: загораживали лестницы, играючи били стены шокерами и отрабатывали приёмы на призрачных противниках. Ни в одну из ночей подобного не случалось. М-да, Стеллан и Ильхан рассчитывали на иной ход событий. Сошлись во мнении: Сваард и послушники сосредоточатся на схождении и направят каорри к драгоценным деревьям и в ущелье, а не наводнят крепь.
Каких опаловых молний тут творится?!
Ветер пригибал деревья, щёлкали сверчки. Три луны, сцепленные подобно чешуйкам, ярко освещали округу. Общая сердцевина испускала кипельно-белый свет, который лучом спускался в долину. И с каждой минутой… путь (на что ещё это было похоже?) становился шире.
На горных тропках Стеллан бежал. Сжимал фонарь, упорно поднимаясь в условленное место. В лучшем исходе там бы он распрощался с орденом, но судьба предпочла худший. Другие покинут злосчастные горы, а он поспешит обратно на луг. И пусть каждый, кто попробует остановить, познает гнев отмеченного Морой. Притворяться «послушным мальчиком» бессмысленно. Тен Кармалл узнал о побеге, маски были сброшены.
Из-за деревьев донеслось тихое ржание. Слава стихиям, до скрытого соснами плато стражи не добрались.
— Отбывайте, — орд Стасгард прижал фонарь к груди и оглядел крепь с высоты, чудом подавив ругательства. Луны светили ярче солнца, видимость была превосходная. Патрули прятались вблизи всех потайных ходов. Идея прохода по тоннелям оказалась обречена на провал с самого начала. Вчера на лужайках царила пустота, сегодня траву вытаптывала половина ордена.
— А ты?
— Обратно, — он чувствовал, как в душе кипела ярость, — за остальными. Сваард узнал всё.
— Поэтому мы вышли иначе, — Арвел взъерошил спутанные волосы.
— Да! Уходите, припасов в седельных сумках хватит на несколько дней. И торопитесь, сюда скоро нагрянут аркестанцы.
— Чего? — в один голос прокричали мужчины.
— Мудрейший с ними в сговоре, и после схождения в крепи будет резня. Летите куда-нибудь подальше и забудьте всё, что видели! Начните всё сначала…
Хотя бы вы исполните мечту! Его мечту!
Растан крепче сжал руку брата:
— Зачем ты это делаешь? Абсолютно все хотели нашей смерти, но ты зачем-то вытащил из камеры и подарил свободу. Именно ты, чьей кончины желают ещё сильнее, чем нашей! Я назначил за твою голову огромную награду и в прошлом выместил огромное количество злости… Так почему ты меня спас? Я не понимаю.
Стеллан колебался:
— Мора настояла.
— Разве так бывает? — свергнутый король округлил глаза.
— Она не чудовище. Если когда-нибудь увидимся, то я расскажу подробнее. Сейчас мне надо торопиться! Фонарь скоро погаснет.
— Я найду тебя. Хотя бы ради этого.
— Выживи, и посмотрим, — он посомневался, но договорил, — и… удачи в начинаниях!
Ответа ворон дожидаться не стал. Последний раз посмотрел на освобождённых пленников, разорвал связку и со всех ног бросился вниз, на заросший луг. Как долго Ильхан и Саша продержатся против стражей Сваарда? Десять минут? Полчаса? Час? Лучше бы они вовсе не встретились! Разминулись или чудесным образом почувствовали западню. Надежда слабела, как выпавший из гнезда птенец-желторотик. На задворках сознания замаячила мысль: если вынудят обстоятельства, то враги будут развеяны.
Накрытая лунным сиянием поляна встретила зловещим безмолвием. Опоздал или они спаслись? Станет понятно, когда дойдёт до валуна — условленного места встречи. Но дойдёт ли? Как вариант, стражи устроили ловушку и «ведут» жертву до капкана. И выбора нет. Только так орд Стасгард узнает, где искать Сашу и Коррана, и куда пропал кайхал.
Помятую и жжённую траву у входа в тоннель расцвечивали круги пепла, комья взрытой земли да лоскутья оборванного мха. На кочке чернел след, будто кто-то упал, схватился за дёрн и выдрал кусок. А под камнем валялись детские ботиночки. Порванные, с обгорелыми нитями вместо шнурков.
В душе вспыхнула ярость. Стеллан едва удержал фонарь. Что ж, посмотрим, кто будет охотником, а кто — жертвой.
Ворон опустил ладонь на землю. Остаточная энергия стихий пропитала луг и витой цепочкой увела в обитель цветного ветра. Много каорри побывало в секретном месте. Много. И все направились в горы, куда указывал луч, созданный тремя лунами. Молодцы, добрые послушники, напали и утащили в долину. Заранее позаботились о ритуале, зачем возвращать в крепь? Чёткий и, казалось бы, продуманный план обернулся полным провалом. Полнейшим. Жутким. Чудовищным. С какого момента инициатива была потеряна?
