Пастором же его прозвали за то, что, поехав как-то в Европу в турпоездку, он попал под влияние религиозной католической секты в Польше. Пропадал там полгода, потом неожиданно появился и рассказал, что прожил все это время в общине, занимаясь созерцанием себя, а также шитьем поддельных спортивных костюмов. При этом все члены общины постоянно пили специальный отвар для придания сил и очищения организма, из-за которого они находились в полунаркотическом состоянии. Польская полиция разгромила секту, и Пастора отправили домой, так как у него уже закончилась к тому времени виза. Сначала он много рассказывал «братьям» всякую религиозную ерунду, которую ему вбили в голову. Брат тоже внимательно выслушал его и пообещал лично пристрелить, если он еще хоть раз откроет рот и начнет вещать в том же духе. С тех пор Пастор стал Пастором, но больше никуда не пропадал. Свои же религиозные мировоззрения он по большей части держал при себе, изредка вступая с кем-нибудь в диспуты, когда Алихана не было поблизости.
– Эй, Пастор, ты опять за свою религию? Или мне показалось? – намекнул ЧК. Последнее время он стал раздражительным, цеплялся ко всем. Вадим явно был недоволен тем, что Шуруп и Пастор постепенно выходили из-под его контроля. Сначала в Осетии были две группы, представлявших Семью: одна его, ЧК, и другая группа – Удава. Шуруп и Пастор изначально были в группе ЧК. Однако со временем парни стали проявлять лидерские качества, да и работы стало больше. Поэтому оба понемногу отдалились от ЧК и стали получать распоряжения напрямую от Брата, организовав свои небольшие «бригады».
«Братья» заказали несколько чайников чая и ассорти с турецкими сладостями. Все-таки начинать есть без Алихана не хотелось, даже несмотря на чувство голода. Влад выглянул из кабинки. Брат вел обычный прием «ходоков».
Такие встречи происходили почти каждый день, когда он был в Москве. Обычно в ресторане или кафе, реже в фойе гостиницы. Встречи проходили в разных местах, чтобы избежать прослушки, провокации или какой-либо иной неудобной ситуации. Люди приходили и беседовали с Джавой, излагая ему свои проблемы. Он всегда сначала выслушивал человека от начала до конца и только после этого начинал задавать вопросы. Если же Брат чувствовал, что человек что-то недоговаривает или хочет обмануть его, то сразу говорил об этом в глаза и предупреждал, что ему надо говорить только правду. Как только Алихан узнавал, что тот или иной человек ищет встречи с ним, он сразу давал указание выяснить: что это за человек, что у него случилось, что он хочет предложить, можно ли ему доверять, какая у него репутация и так далее. Когда человек начинал рассказывать Джаве свою ситуацию, он уже все знал и о человеке, и о ситуации, сложившейся с ним. Зачастую Брат уже заранее принимал решение. В то же время он всегда давал человеку шанс рассказать все не скрывая. Джава любил повторять:«Никогда не обманывайте Брата, если Брат задает вопрос, он уже знает ответ».
Однажды к Алихану приехал банкир из Осетии. Он вложил деньги в один рискованный проект, в результате в ближайшее время у него могли возникнуть трудности с выплатами по депозитам. Если возникнет паника, все вкладчики «побегут» забирать деньги из банка и он разорится. Банкир попросил у Джавы десять миллионов евро на месяц, обещав вернуть их с небольшим процентом. Каково же было лицо банкира, когда, выслушав его просьбу и задав всего несколько вопросов, Брат сказал, что готов помочь ему. Его не стали спрашивать об активах банка, его «плохих» и «хороших» кредитах и других финансовых показателях. Вместо этого Алихан спросил, помогает ли банкир детским домам, школам, ветеранским организациям в Осетии? Банкир ответил, что банк взял шефство над тремя детскими домами. Так было на самом деле. После чего Эльдар провел банкира к тонированному микроавтобусу, в котором в больших спортивных сумках лежало десять миллионов евро наличными. На вопрос банкира, чем он Брату обязан, тот сказал, что ему не нужно процентов. Он спросил лишь об одном:
– Если у Брата когда-либо появится просьба к вам, вы поможете ему?
– Конечно! Только скажите! – банкир заверил Брата в своем вечном долгу, выказывая полную готовность подтвердить свои слава делом.
– Тогда, если конечно вас не затруднит, профинансируйте программу по строительству общественных спортивных площадок во Владикавказе, которую организовал один молодой местный депутат. Правительство Республики упорно продолжает тратить деньги только на себя. Для вас это почти ничего не будет стоить, а для города это будет полезно.
– Никаких проблем. Если хотите, я могу написать расписку.
– Зачем? Вы меня обижаете. Мы теперь стали братьями, а братья не обманывают друг друга.
Банкир внутренне похолодел и закашлялся.
Брат сделал вид, что не заметил этого и продолжил:
– Я уважаю вас, вы уважаете меня. Разве два таких человека могут подозревать друг друга в непорядочности? Мне кажется, это пошло. Как вы считаете?
