Когда смерть разлучит нас… (СИ) полностью

— Итак, слушай внимательно и записывай слово в слово… только на латыни! Вот увидишь, совсем скоро этот язык станет языком мира мудрости. И факт остается фактом, тайну этой книги не должны познать те, кому с разумом не по пути.

Сегодняшней ночью на странице пергамента останется один из страшнейших секретов, которые я не могу унести с собой в могилу… душа моя тяжела, она требует освобождения от оков темных знаний. Напиши предупреждение в начале этого раздела. Напиши, что только отчаявшийся осмелится перевернуть эту страницу. Напиши, что решившийся на безумие сие, должен оставить всякую надежду и страх (хотя, что такое первое без второго и второе без первого?) за порогом этого раздела… Видит небо, я их предупредила. А потом приступай к заглавию. Обозначим этот раздел… «Воздаянием». Ведь те, кто дошел до этих слов ищет именно воздаяния — награды или кары. Для себя — первое, для врага — второе. И как мы знаем, делами воздаяния редко занимаются тщеславные боги, а сам человек по своей природе слишком слаб, чтобы заплатить каждому по счетам. И если вдруг несправедливо обиженный не получит своего воздаяния от легкомысленной Фортуны, что ж… пусть будет так, что к нему в руки попадет эта книга, и он откроет ее на этой самой странице. И сделает окончательный выбор: свобода на земле и рабство на небесах или же уничижение при жизни и раздолье духа после нее. Ведь даже гении и демоны не награждают смертных вниманием за так, и ежели кто решил воспользоваться их услугами, пусть помнит, что они потребуют у него взамен свободу. Решай что важнее, твоя гордость или твоя душа.

Ночь сегодня совершенно безлунная, не так ли? Очевидно, даже Нюкта нынче на моей стороне. А значит, речь пойдет о тайне всех моих тайн. Напиши же первое имя из списка этих лихоимцев-небожителей. Его зовут Эохайд Брес.

Твое удивление логично. Ведь ни греки, ни римляне не знакомы с этим именем. Но как я говорила, боги чужеземцев так же реальны, как и наши. Ведь (и это тоже будет нашим секретом) не боги создали людей, но люди богов. Они сотворили их по образу и подобию своему. Наделили их своими пороками и качествами, они олицетворение самых низменных людских желаний и мечтаний… но вернемся к книге.

Эохайд Брес — сын Элаты — на манер всех фоморов невероятно скуп, корыстен, хитер и жесток. И конечно же, эти пороки нашли отражение на его лице. Ты думаешь, он чудовищно уродлив? Отнюдь.

Брес настолько красив, что люди, выдумавшие его, теперь почитают его образ эталоном. И все прекрасное, будь то цветок или человек, сравнивают с ним, говоря «Разве что только Брес прекраснее». Почему ты удивляешься? Тебе кажется странным, что что-то настолько омерзительное душой может иметь прекрасный облик? Но что такое плотская красота? Она не обладает даром созидания, она лишь сбивает людей с толку, лишает их покоя, ей хочется обладать, из-за нее ведут войны, убивают, предают… Или ты думаешь, что наш бог любви — Эрот — прекрасен? Напротив, он стремится к красоте, так как сам ее лишен.

Потому, напиши, что ежели какой отчаявшийся человек надумает призвать Эохайда, пусть даже не думает поднимать на него глаза. Хотя бы до тех пор пока не получит от него слово. Не думай, что слова — пустой звук для богов, они важны для них почти так же как воздух, ведь они появились из слова. Им нужны молитвы и хвалебные гимны смертных, они живут ими.

Что еще будет интересно узнать человеку, которому в руки попадет эта книга, или же лично тебе? Эохайд Брес не является богом в полном смысле этого слова, люди не молятся ему, у него нет храма, святилища или жертвенника. Возвысился же он за счет своей удивительной красоты, которую так ценят праздные боги, но которая людям во все времена принесла столько бед. Особо же ценит его жестокая богиня Инанна, покровительница плотской любви и войны. Но зная ее непостоянство, Брес копит силы и слуг, потому редко отказывает в сделке человеку, даже самому ничтожному.

А теперь отложи перо в сторону. То, что я скажу дальше, не должно стать знанием многих, но лишь одного.

У каждого божества есть свой идол, которому он неосознанно поклоняется, с которым неразлучен, который олицетворяет его. Этот предмет может быть сущей мелочью, с которой, однако, ее владелец неразрывно связан. Как это похоже на людей, не так ли? Но к чему я говорю тебе это? У Бреса тоже есть вещь, с которой он не расстается ни ночью, ни днем. Завладей человек такой вещью и его свобода и душа останется при нем. Вместе с тем, он может потребовать у божественного заимодавца исполнение своего требования, обещаясь вернуть идола.

Я учу тебя мошенничеству? О ты еще так неисправимо глупа, дорогая моя, я учу тебя жизни.

Но раз ты такая усердная в добродетелях, вернемся к нашему труду. Записывай, что потребуется несчастному, решившему сговориться с воплощением самого порока.