Он не заметил, как к нему вновь подошел Кайрот. Лиэн поднял на него глаза, полные ужаса. Альфа обнял своими ладонями его лицо. Руки безвольно повисли, да и сил сопротивляться не было. Что он мог, беременный и в одиночку, против начальника разведки и семи стражей?
- Тише, не плачь. Меня злит то, что ты плачешь по нему, – с этими словами он опустил руку и положил ее на большой живот омеги. Словно пелена сошла с глаз Лиэна, и он машинально скрестил руки, огораживая ребенка от Кайрота. - А еще меня жутко злит эта маленькая мелочь, которая паразитирует в этом прекрасном теле. От нее надо избавиться.
- Нет! – Лиэн не выдержал и закричал. Он не позволит убить его ребенка, не должен. Это единственное, что у него осталось – плод его с мужем любви. Принц хотел отшатнуться, но сильные пальцы сомкнулись на его подбородке, и Кайрот с ненавистью прошипел:
- А думаешь, что я позволю ублюдку своего покойного братца родиться и выжить? Я прикажу лекарю, и это отродье покинет твое тело, – у Лиэна потемнело в глазах от ужаса. Он в панике пытался придумать причину, которая была бы достаточно убедительной и позволила бы сохранить ребенка.
- Нельзя этого делать, – лицо Кайрота исказило гневом, а принц быстро продолжил. - Я… мне нельзя сейчас убивать ребенка, иначе умру и я.
- Ты же врешь, мой милый принц, – гнев сменился на мягкую улыбку. Пальцы отпустили его подбородок, холодная ладонь легла на щеку. – Ты сейчас готов петь все что угодно, лишь бы я сохранил жизнь сыну братца.
- Это не так, – донеслось со спины. На трясущихся руках Халот пытался подняться с пола. – Здоровье принца слишком слабое, чтобы выносить ребенка, поэтому он дает ему свою жизненную энергию. Их души связаны. Умрет ребенок, умрет и принц.
Кайрот зарычал и кинулся к слуге. Схватив того за грудки, он одним резким движением поднял его на ноги.
- Что за чушь ты несешь? – зашипел он, но Халот, смотря на него бесстрастно, ответил все тем же бесцветным голосом:
- Когда дело касается жизни принца, я не смею лгать или скрывать правду. Даже если она вам не по душе, – Кайрот отпустил его и со всей силы ударил ногой в живот, отчего слуга сжался, отплевывая кровь на мраморный пол.
- Этот мерзкий ублюдок умудряется портить мне жизнь, даже будучи мертвым. Хорошо, я позволю его родить, но это последняя моя милость по отношению к нему, даю слово, – его кулаки сжались до побелевших костяшек. Халот лежал перед ним, не смея даже пошевелиться. Лиэн боялся, что тот продолжит его избивать, но Кайрот перешагнул через слугу и направился к выходу. Как только дверь захлопнулась, Лиэн вместе со свитой подскочил к Халоту и положил его голову к себе на колени. Тот застонал, когда они попытались перевернуть его.
- Халот, все хорошо, ты только не сдавайся, ладно? Слышишь меня? Мы что-нибудь придумаем и обязательно прорвемся! Мы не дадим ему бесчинствовать, чего бы нам это не стоило! – принц не заметил, как по щекам потекли слезы. Крупные капли стекали вниз и падали на трясущиеся руки, которые гладили Халота по голове.
- Да, Лиэн, мы не позволим ему убить тебя или ребенка, – спокойный голос заставил принца зарыдать в голос. Он кричал, а нежные руки слуг обнимали его и утешали. Даже ребенок перестал беспокойно брыкаться, оплакивая вместе с папой гибель отца.
Тем временем Кайрот не мог успокоиться, пока лично не убедился в гибели брата. Когда к нему пришел один из стражей и принес платок, он выскочил из замка и, вскочив на своего коня, понесся в лес. Там уже были его люди. Потерь было много, королю с советником удалось убить четверых и ранить остальных. Их обезображенные трупы лежали отдельно.
Он ликовал и не мог поверить, что смог перехитрить этого мнительного и подозрительного идиота. Свой план он вынашивал долгие годы, и лишь после вступления войск на территории Лиории смог его воплотить в жизнь. Люди не хотели иметь с ним дело, а вот орки – это совсем другое дело. У них нет понятия о чести. Они идут вслед за своими желаниями, и не важно, как они добиваются результатов и с чьей помощью. Кайрот даже не верил, что король так легко купился и угодил прямиком в ловушку. Дэйлана даже не смутил тот факт, что Кайрот настоял на своих людях в сопровождении.
В замок он вернулся, ощущая себя победителем. Теперь все принадлежало ему. А самое главное, теперь Лиэн был его, чем он и не преминул воспользоваться в первую же ночь.
На следующий день Кайрот запланировал пир в честь своего восхождения на трон. Хоть со смерти брата не прошло положенных трех недель, захватчик уже ощущал себя королем. Казалось, стражи в зале было больше, чем самих гостей. Он насильно согнал знать со всех концов королевства, желая укрепить свои позиции среди дворянства. Весь вечер Лиэн стоял за его спиной, пошатываясь от усталости и слабости, его поглотило безразличие, и он стоял, держа в руках тяжелый кувшин с вином, поминутно наполняя опустевший бокал Кайрота.
