Уже середина ночи, но сон — последнее, о чем я сейчас могу думать. На улице идет ужасный ливень. Ничего видно. А что если Ричард ехал и…? О, нет. Я не должна об этом думать. Уровень тревоги взлетает до небес, и я снова начинаю мерить шагами свою комнату.
Взяв в руки телефон, снова надеюсь, что сейчас я все-таки услышу родной голос. Гудок, второй, третий…он не отвечает. Набираю номер раз за разом, но в ответ слышу лишь одно и то же. Что-то не так. И именно это не дает мне покоя.
Открываю глаза от ярких лучей солнца, которые проникают в комнату и светят прямо в лицо. Сонно протираю глаза, но как только я вспоминаю прошлый вечер, тут же поднимаюсь с кровати и пытаюсь найти свой телефон. Взглянув на экран, мое сердце падает. Пусто. Ни одного звонка. Ни одного сообщения. Ничего.
Продолжаю звонить Ричарду на протяжении всего оставшегося дня, но все бесполезно.
— Бабушка, ты не против, если я уеду в Чикаго сегодня? — говорю я, заходя к ней на кухню. — Мне нужно вернуться на работу.
— Но Ари…
— Пожалуйста, — прошу ее. — Я обещаю, что скоро снова приеду. Но сейчас мне нужно уехать.
Она вздыхает. С отчаянием смотрит мне в глаза. Я должна понять, что произошло.
— Я не могу насильно оставить тебя здесь, — говорит бабуля. — Простой знай, что ты можешь приехать в любое время. Я всегда тебя жду.
Узнав, что автобус до Чикаго уже уехал, покупаю билет на ночной поезд.
Дорога кажется такой долгой, словно мы решили прокатиться с востока на запад, проехав сразу несколько штатов. Мне снова не спится. Я нервничаю. В голову лезут всякие мысли, но я стараюсь отогнать их прочь.
Утром приезжаю в нашу квартиру и прямиком иду в душ. Рабочий день начнется через час, но я уже знаю, что немного опоздаю. Мони настороженно смотрит, как я бегаю по дому, пытаясь быстро собраться. Она пытается задать мне пару вопросов о моем внезапном возвращении, но я говорю, что объясню ей все потом.
Оказавшись в «Росс Тауэр», жду, пока лифт остановится на тридцать шестом этаже. Нервное напряжение становится еще сильнее. Сердце стучит так громко.
Наконец, створки распахиваются, и я замечаю Клэр.
— Арианна, — как-то боязливо говорит она, опуская голову. — Ты пришла.
— Привет, Клэр. Ричард…эм…то есть мистер Росс у себя?
Я вижу, как она нервничает, и это заводит меня в тупик. Что здесь творится?
— Да, — говорит она, когда я прохожу мимо нее.
Залетаю в кабинет Росса, замечая его возле стола. Как это понимать?
— Ричард! — выдыхаю я. Он переводит на меня холодный взгляд, но затем снова возвращается к бумагам. — Ты ничего не хочешь мне объяснить? Почему ты не отвечал на мои звонки? Я чуть с ума не сошла!
— Я был занят, — ледяной тон его голоса пугает. — Как занят и сейчас.
Подхожу ближе, ощущая, как ноги превращаются в вату.
— Что с тобой? — чуть тише спрашиваю я. Но он молчит. — Пожалуйста, скажи мне.
— Надеюсь, ты не забыла о нашей сделке? — начинает он, все еще не глядя на меня. — Ты работаешь здесь три месяца, а затем…
— Я все знаю, — перебиваю его. — Почему ты об этом говоришь?
— Твой испытательный срок завершен. — Холод пробегает по телу от его слов. Он увольняет меня?
— Но…
— Думаю, ты неплохо…проявила себя, — продолжает он, резко вздохнув. — Я распоряжусь, чтобы тебе выслали мое рекомендательное письмо, с которым ты сможешь найти достойную работу.
Не знаю, наверное, это все какой-то ужасный кошмар, который вот-вот закончится. Я так хочу проснуться, чтобы все снова было хорошо. Но это не сон. Это реальность.
— Почему ты так со мной поступаешь? — К глазам подступают непрошеные слезы. Нет! Не буду плакать! Я не должна плакать! — Все же было так хорошо!
Он поднимает голову, и наши взгляды встречаются. Холодность, с которой он смотрит на меня, убивает. Я не понимаю. Я ничего не понимаю.
— У нас был уговор, Арианна, — настойчиво говорит он. — Ты сама сказала «да».
Ричард обходит стол, а меня словно парализовало. Не могу пошевелится. Его слова ранят. От них больно.
— Ты прав, — говорю я поникшим голосом. — Но как же…как же мы? Ты...и я?
Заметив, как Ричард сжал в руках папку с бумагами, страх и отчаяние мигом пронизывают все тело.
— А разве… — он делает глубокий вдох, — есть мы?
Каждое слово словно нож в спину. Я не узнаю человека, который сейчас стоит передо мной. Это не мой Ричард Росс. Это кто-то совершенно чужой. И он делает мне больно. Разбивает мое сердце на части.
— Я думала, ты что-то чувствуешь ко мне, — боязливо говорю я, подходя к нему еще ближе.
Ричард усмехается.
— Какие чувства? — Он отбрасывает папку, отходит к окну. — Ты была для меня развлечением. Я просто, — говорит он, сделав паузу, — слишком увлекся. Мне следовало прекратить все это раньше. Я…ничего к тебе не чувствую.
Комната сейчас просто взорвется от того напряжения, которое ее окутало. Мне кажется, я стою на краю пропасти, в которой нет конца. Я уже знаю, что упаду.
— Я…я, — чувствую, что воздуха не хватает. Я задыхаюсь. — Я тебе не верю. Что я сделала не так? Ответь, прошу тебя. Прошлая неделя…была лучшей в моей жизни. Неужели, я совсем ничего для тебя не значу?
