Когда ты вернешься ко мне полностью

– Слушай, – начал я, понизив голос. – В ту ночь мы наговорили друг другу много всякого дерьма. А потом еще раз, когда я позвонил тебе из больницы. Ты мог просто повесить трубку, и я бы это заслужил. Но ты так не поступил, а это кое-что да значит, верно? После всех слов я не хочу притворяться, будто мы незнакомы. Я так не смогу.

Он на мгновение задумался.

– Ты не хочешь со мной дружить, – произнес он наконец. – Я не милый парень.

– Может, ты позволишь мне самому об этом беспокоиться?

Его голос стал резче.

– Ты действительно этого хочешь? Чтобы мы стали друзьями? Собираешься приглашать меня в субботу потусоваться с твоими приятелями, чтобы поговорить о девушках и футболе?

– Нет, но… – Я вздохнул и провел рукой по волосам.

Холден снова посмотрел вперед, стиснув зубы. В густой и тяжелой тишине прозвенел звонок.

– Ладно, ну… мне пора, – произнес я, собираясь уходить. – В любом случае увидимся.

Вот только это не так. В следующем семестре у нас поменяется расписание, и математического анализа больше не будет. А значит, это конец нас, кем бы мы ни были.

– Ривер.

Я медленно обернулся.

– Рад, что твоей маме лучше.

Пять тихих слов, и мое глупое сердце еще сильнее увязло в его зеленых глазах.

– Осторожнее, Пэриш, – сказал я, улыбаясь как дурак. – По мне, так это прозвучало чертовски мило.

В тот вечер мы заказали пиццу. Мама съела два кусочка, а папа, Амелия и я незаметно за ней наблюдали, улыбаясь в свои тарелки. Дазия вернулась в Вашингтон, округ Колумбия, но была готова прилететь обратно в любой момент, если она нам понадобится. Как бы я ни ценил все, что она для нас делала, я рад, что мы снова остались только вчетвером. Это было почти как в обычной жизни.

– А потом Джаред пригласил Микаэлу на Зимний бал, но она отказала, – оживленно рассказывала Амелия. – В последнее время он вел себя как настоящий придурок, так что мы решили пойти компанией.

– Отличный план, – отозвалась мама. – Уверена, вы прекрасно проведете время на танцах. – Она взглянула на меня. – А в старшей школе есть Зимний бал?

– Нет, – ответил я. – Следующий Выпускной бал.

– Ага, – усмехнулась Амелия. – Девочки уже выстраиваются в очередь, надеясь, что Ривер Уитмор их тоже продинамит.

– И снова приехали, – проворчал я, хотя и не злился. Был слишком рад видеть, что Амелия вернулась к своим привычным подшучиваниям.

– Хорошая шутка, – сказала мама, давая пять Амелии. – Это вы называете «подкол»?

Я со смехом закатил глаза.

– Я извинялся перед Вайолет уже, наверное, раз сто. Она меня простила. Вам всем стоит тоже попробовать.

– Ну конечно. Просто это так на тебя не похоже.

– Прошло уже несколько месяцев, мам, – сказал я с улыбкой. – Все уже об этом забыли, кроме тебя.

Амелия невинно захлопала ресницами.

– Напомни, где ты был в ту ночь?

– Гулял с другом, – быстро ответил я, посыпая красным перцем свой ломтик пепперони.

– А что за друг?

– Ты его не знаешь.

Я почувствовал на себе мамин взгляд, как будто она внимательно прислушивалась именно к этому местоимению.

– Просто парень из команды, – добавил я, пытаясь скрыть раздражение в своем голосе. – Это была глупая ошибка, я сожалею и извинился. Давайте уже забудем.

Вот только я сам не мог забыть и не сожалел настолько сильно, насколько старался себя убедить.

– Дамы, хватит доставать Ривера, – со смехом вмешался папа. В то время как я уже и думать забыл о триумфальном завершении сезона, у него же это все еще было написано на лице. – Мальчики есть мальчики, верно?

– Мальчики останутся мальчиками, если их не научат быть мужчинами, – возразила мама, бросив на него многозначительный взгляд.

Он усмехнулся.

– Разумно. Ривер, ты наказан.

У Амелии округлились глаза.

– Серьезно?

– Нет, я дразню твоего брата.

Я бросил на сестру торжествующий взгляд. Она в ответ показала мне язык.

– Но поговорим о серьезном. Сегодня после ужина, Ривер, мы должны рассмотреть твои заявления в колледж. Ты и так слишком долго откладывал.

– Ага, ладно. – Я вытер рот салфеткой и скомкал ее в ладони. – Эй, пап, я тут подумал. Помнишь Камаро семьдесят четвертого года, который мистер Брюстер на днях пригнал в сервис?

– Ага. Классика. Нужен новый карбюратор, верно?

– Да, и радиаторная решетка пробита, обивка порвана, и покраска не помешала бы. И все, она снова будет красавицей.

Папа усмехнулся.

– И все, да?

– Я спросил у него, и он сказал, что в городе это сделать никто не может.

– К чему ты клонишь?

– Ну… бизнес идет довольно хорошо. Может быть, пришло время расшириться.

– Заняться реставрацией?

– Именно. Мистер Брюстер говорил, что в городе много старых автомобилей, но для кузовных работ им приходится ехать в Сан-Хосе или Сан-Франциско.

Папа отхлебнул из своего пивного стакана.

– Но это совершенно другое дело и огромный объем работ. Нам пришлось бы построить новый гараж, купить необходимые инструменты, наладить отношения с продавцами запчастей, нанять новых людей…

– Мы можем себе все это позволить. И я помогу. С удовольствием поработал бы над этим.

– Отличная идея, – заметила мама, ласково улыбаясь.

– Я ничего не знаю о реставрации автомобилей. – Папа указал на меня хлебной палочкой. – Как и ты.