Моя голова уже не воспринимала никакую информацию. Да и до сознания ещё не доходил тот факт, что Илоны Павловны уже нет в живых. Я еле сдерживала постоянно набегавшие на глаза слёзы. Взяв на руки бедную Басю, измученную наплывом в квартиру чужих людей, я как могла, успокаивала то скулящую, то лающую собачку.
Страшно. Ужасное чувство. Несколько часов назад разговаривать, веселиться, шутить с человеком и вдруг осознать, что его уже с тобой никогда не будет. Я видела, как вносят в грузовой лифт запакованное в чёрный клеёнчатый мешок тело Илоны Павловны, но всё равно меня не покидало ощущение, что это кто-то другой там лежит, а не она.
– Маргарита Сергеевна, если что вспомните, позвоните мне по этому номеру, – Владимир Иванович передал мне свою визитку, а в это время оперативник опечатывал квартиру Илоны Павловны.
– Так что, решили меня не арестовывать? – съязвила я на прощание.
Наконец мы с Басей закрылись в квартире от чужих посторонних глаз.
– Ну что, Бася, теперь мы одни. Иди, выбирай себе местожительство.
Собака посмотрела на меня своими умными грустными глазами и словно поняла сделанное предложение, пошлёпала в уголок между большим мягким креслом и диваном.
– Я тебя понимаю. Не сквозит, свет не мешает, и обзор прекрасный. Умела бы ты говорить, ведь ты, Бася, единственный свидетель убийства. Кого же ты с хозяйкой впустила в квартиру такой глубокой ночью? Ушла я от вас в половине одиннадцатого. Разбудили меня в половине первого ночи, – размышляла я, гладя по шерсти бедную Басю, запрыгнувшую в кресло и положившую на мои колени свою лохматую широкую мордашку.
Два часа хватило убийце. Этот кто-то был тем, кому бедная женщина не побоялась открыть дверь так поздно и впустить в квартиру. Мои мысли скатывались скомканным клубочком, но сил разгадывать эту загадку уже не было.
Утром я выгуляла Басю. Вернувшись, закуталась в плед и прилегла на диван. Постоянно прокручивая в голове все последние события, я провалилась в тревожный сон с какими-то кошмарами. Проснулась, не сразу сообразив, что это в моей квартире лает Бася, и во всю трезвонит дверной звонок.
– Иду, иду. Бася успокойся, – пыталась я угомонить и звонившего в дверь, и лающую собаку.
На пороге стоял расстроенный Григорий Аркадьевич.
– Маргарита Сергеевна, ничего понять не могу. Вышел из лифта, смотрю, квартира Илоны Павловны опечатана, к вам звоню, слышу лай. Я догадался, что это Бася. Что произошло?
– Проходите, сейчас я в себя приду. Вы будете со мной обедать?
– Уже ужинать пора. Что случилось?
Я глянула на часы.
– Пять вечера. Ничего я поспала! Убили нашу соседку. Пропала коллекция нэцкэ, которую она собрала для передачи в музей в Японии. Вот такой ужас. Вы не могли бы выгулять Басю, а я сейчас приду в себя, соберу перекусить и всё подробно расскажу вам.
Я быстро привела себя в порядок и приготовила ужин, выгрузив из холодильника всё съестное, что было в нём. Так захотелось, есть, словно неделю сидела на диете. Наверное, это на нервной почве. К возвращению Григория Аркадьевича уже был накрыт стол. Помянув бедную подругу, мне пришлось повторить весь рассказ о происшедшем.
Внимательно выслушав, Григорий Аркадьевич не удивился тому, что кто-то приходил и искал Дениса.
– Он сбежал из больницы. Как раз вчера, во второй половине дня. Вы представляете? Моя девочка сидит в этой омерзительной камере в СИЗО, а этот мерзавец сбежал.
– Говорите, вчера сбежал?
Мы переглянулись, удивившись осенившей нас догадке. Мне сразу вспомнилось, как искавший меня Денис зашёл к Илоне Павловне и, увидев коллекцию нэцкэ, интересовался ценой коллекции.
– Вы думаете, он способен на это, – всё-таки что-то не давало мне поверить в то, что этот хлюпик мог решиться на убийство Илоны Павловны.
Только я хотела успокоить обескураженного предположением Григория Аркадьевича, как опять раздался звонок в дверь.
На пороге стоял следователь Владимир Иванович.
– Добрый вечер, вы не знаете, где может быть хозяин этой квартиры, – кивком головы он показал на соседские двери.
– У меня, – спокойно ответила я, заметив, что он как-то странно окинул меня взглядом, – проходите. Садитесь с нами и помяните Илону Павловну.
– Да? Вообще-то я ещё на работе. Думал, к вам забегу по дороге…, – стал он оправдываться перед нами, – мне надо снять с вас показания, где вы находились прошлым вечером.
– Раз надо, значит, надо, – Григорий Аркадьевич услужливо придвинул стул нежданному гостью, – я в курсе последних событий. Вы по поводу бегства Дениса из больницы?
– И по этому поводу, и по второму. Документация, понимаете? Всё надо записать, кто, где, когда?
– Я понимаю, понимаю. Находился на своей даче, где проживаю постоянно.
Быстро заполнив формуляр, гость отложил свою папку в сторону и, с удовольствием потирая руки, помянул нашу соседку.
– Вы думаете, что это Денис её убил? – осторожно спросил Григорий Аркадьевич.
– Денис? Какой Денис? Понял. Ваш зять? Кстати, вы не знаете, где он может быть? Мне, сами понимаете, надо его опросить. Зачем к нему приходили, кто приходил? Так что вы не скрывайте его местопребывание, так сказать.
