В городке Авенинге, возникшем много лет начал при странных обстоятельствах, и в наши дни происходят загадочные события. Некоторые его жители перемещаются в параллельном пространстве и времени, другие определяют будущее по вещим снам, а для третьих в порядке вещей регулярно отмечать языческие праздники, покупать в ближайшей аптеке средство дли разбитых сердец или верить, что все тайны хранятся в Книге Теней у старой знахарки Отам. И когда Отам решает готовить себе преемницу, недостатка в желающих учиться у знаменитой городской ведьмы не возникает. Их уже тринадцать, участниц конкурса, решивших изменить свою судьбу. И они даже не догадываются, какие испытания им предстоят.Эми С. Фостер — талантливая поэтесса, автор стихов к популярным песням. Родилась в Канаде, в музыкальной семье. Ее мать — певица Би Джей Кук, а отец — легендарный певец, клавишник и продюсер Дэвид Фостер, завоевавший 14 наград «Грэмми». «Когда уходит Осень» — ее первый опыт в прозе, и очень успешный, судя по количеству проданных книг и восторженным отзывам прессы. Сейчас Эми С. Фостер живет в Ванкувере и пишет новый роман о своем любимом Авенинге и о том, что случилось в городке после ухода Осени.
Первой Элли, моей бабушке, посвящается
+ Имболк (День сурка) — день встречи зимы с весной. В древней Ирландии февраль считался первым весенним месяцем. По одной из версий, название праздника (Imbolc) восходит к древнеирладскому слову «mblec» — «молоко». Имболк знаменует рождение ягнят и начало лактации у овец. В этот день устраивали традиционные гадания, совершали языческие обряды. Имболк был днем ритуального очищения, праздником домашнего очага.
• Бельтайн (Вальпургиева ночь) — ночь на первое мая, один из самых пышных языческих праздников. В английских селениях центральное место в этот день традиционно занимал шест (фаллический символ), который украшали цветами и зелеными ветками, а возле него выбирали королеву мая. Это праздник плодородия и возрождения страсти, время любовных игр: всюду царит веселье, проходят молодежные гулянья, за которыми следуют июньские свадьбы.
Лугнасад (Lughnasadh) — ирландский языческий праздник начала осени, переводится как «сборище Луга» или «свадьба Луга». Луг — один из богов кельтского пантеона, покровитель земледелия и многих ремесел.
♦ У кельтов Самайн знаменует собой начало зимней, темной половины года. Согласно мифам, в этот день бог мертвых Самайн созывал злых духов, которые в течение минувшего года обитали в телах животных, а вечером духи умерших посещали свои дома, и потому для них накрывали столы и оставляли двери открытыми. Считалось, что духи могут жестоко отомстить живым, если не оказать им должного внимания.
В поросшей вереском округе Авенинга среди стелющихся побегов и полевых цветов виднеется небольшая бронзовая табличка. Она блестит, как новенькая, хотя ей уже полторы сотни лет. Круглый год люди ходят мимо нее (жители Авенинга считают, что такая малость, как дурная погода, не может помешать их прогулкам на свежем воздухе). Но кто знает, много ли горожан прочли, что на ней написано?
Табличка гласит:
1 августа 1859 года. «Наконец-то обрели мы наш Сад. Нет, здесь не будет ни яблочного древа, ни змия, ни позорного изгнания за то, что Бог сотворил нас такими, какие мы есть. Несмотря на глубочайшее несовершенство нашего мира, здесь обрели мы обетование истинного Эдема. И всякий нуждающийся найдет в нем прибежище и защиту».
Эта туманная надпись, с ее библейски возвышенной (не еретической ли?) интонацией, лишь дополняет бытующую легенду о возникновении Авенинга.
Легенда похожа на все истории о сотворении мира: спросите любого жителя острова о том, как появился этот город, и каждый поведает вам свою версию. Одни полагают, что Авенинг был основан необычными пионерами, во главе которых стояли женщины, — они стремились спасти свой род от религиозных преследований того времени. Ведомые лишь острым чутьем Серафины Авенинг, они прошли весь континент с востока на запад и, переплыв иссиня-черные воды пролива, оказались на укрытой со всех сторон заснеженными горами земле, где растут высокие кедры. Другие заявляют, что намерения Серафины не были столь благородны и чисты и сюда она прибыла со своими последователями в поисках легендарного золота Западного побережья. Третьи, однако, говорят, что всему виной были шаманы салишей,[1] местных индейских племен, что это они потопили здесь корабль Серафины Авенинг во время шторма. Есть и совершенные скептики, которые вообще сомневаются в правдивости рассказов о Серафине Авенинг или считают, что в ее мифическом образе слилось несколько реальных людей. Но Отам[2] Авенинг, утверждающая, что она прямой потомок Серафины, непоколебимо уверена: эта женщина действительно существовала.
Как и обещала Серафина много лет назад, Авенинг стал тихой гаванью и прибежищем для всякого, кого постигла беда, жил ли он прежде в небольшом городке или в каменных джунглях мегаполиса. Почти всякий почин имеет добрую цель. Но человеческая жадность и интриги политиканов нередко приводят к тому, что все остается пустыми мечтаниями. Но только не в Авенинге, приютившемся на буйно заросшем пятачке суши в Тихом океане. Основатели города, кем бы они ни были, положили своим идеям, своей системе взглядов, своим представлениям о будущем твердое основание.
