Мне с таким не тягаться, и я держалась поближе к мужчине. Берта замыкала наше тихое шествие, и, судя по ее встревоженному взгляду, тени, о которых женщина говорила, не выходили у нее из головы.
— Как они выглядят, Берта?
Она зыркнула на меня настороженно, шикнула, будто кто-то был совсем рядом и мог услышать любое слово.
— Я вначале не поняла, — женщина передернула плечами, — думала, что это просто иллюзия, обман зрения или игра света. Но нормальные тени не могут просто взять и перейти тебе дорогу. Они не отклеиваются от угла здания и не стоят на дороге, как самые обычные люди.
От ее слов по спине побежал холодок, под кожей противно завозились крохотные колючие клубочки, и деваться от этого чувства незащищенности и тотальной уязвимости было некуда. Все мы могли спокойно здесь погибнуть, даже с хваленой наемничьей подготовкой.
— На что они были похожи?
— Не поверишь, — от тихого смешка Берты я тут же покрылась мурашками. — На нас, представляешь? На тебя, меня… Только вот твари эти то ли не смогли нас правильно скопировать, то ли не захотели. Их когти и вторая пара рук точно не “человеческого происхождения”. Да и морды там нечеловеческие.
— Город предупредил, что какие-то “охотники” идут по следу.
— И что им нужно? — голос Карлоса звучал напряженно, мужчина чуть замедлил шаг, чтобы быть ближе ко мне. — Решили отбить законную территорию?
— Не могу сказать, — коснувшись локтя Карлоса, я бросила взгляд на каменную стену, увитую густым плющом, что стояла прямо на дороге. Придется ее обходить.
Этот ответ его определенно не устроил, но, к сожалению, в те моменты, когда я не спала и не валялась в обмороке, город отказывался произносить хоть словечко. Набрав команду на инфобраслете, Карлос развернул карту и отметил наш маршрут ярко-зеленой линией.
И, судя по его расчетам, идти нам было еще долго.
— Смотри, — он увеличил изображение, открыл съемку, что велась с воздуха еще до того, как они переместили лагерь к руинам. — Здесь есть “ворота”. Допустим, они отделяют второй ярус от третьего. “Центр” города, в теории, здесь. Если центр на карте совпадает с тем, что имеет в виду твой город.
— И сколько…
— …восемь дней, — ответил мужчина, не дослушав очевидный вопрос. — До ворот. А дальше — как получится. Съемка нечеткая, карта — предположительная. Мы не знаем эту местность, никто не планировал заходить так далеко.
— Придется заняться собирательством, — проворчала Берта.
Хотела бы я, чтобы это была шутка, но…
Запасы ограничены, а впереди — многие мили пути. И никакой уверенности, что в конце никто не плюнет нам в лицо и не сломает последнюю надежду.
— Вот это громадина…
Берта остановилась перед стеной, запрокинула голову и присвистнула. Справа и слева “толкались локтями” небольшие двухэтажные каменные коробки, а в глазах рябило от густой зелени и неестественно ярких красных цветов, выглядывавших из-под широких мясистых листьев.
Аккуратно приподняв несколько плотных переплетений, я рассмотрела тонкую вязь из линий и закорючек, но увидеть рисунок целиком не позволяли заросли.
— Пойдем в обход, — устало бросил Карлос. — Нельзя долго стоять на одном месте.
В это мгновение мне стало его невыносимо жаль, до острой боли под ребрами и непреодолимого желания обнять и прижать голову к груди, погладить волнистые волосы и уверить, что все-все обязательно сложится.
Сколько новостей за одни сутки, а он упорно делал вид, что в полном порядке. Держался, как мог, из последних сил цепляясь за самоконтроль и здравый смысл, от которых уже остались одни лохмотья.
Ладонь проехалась по стене: я почувствовала кожей шероховатость камня и едва различимые впадинки там, где шел рисунок. Странное ощущение в кончиках пальцев заставило меня повернуть голову и присмотреться.
От руки в стороны расходились едва заметные голубоватые круги, похожие на всплеск от брошенного в воду камня.
Наклонившись, я уперлась в стену сильнее — и тут она поддалась, расступилась передо мной, как подтаявшее желе, пошла крупными разноцветными волнами и протяжно загудела.
Коротко вскрикнув, я потеряла равновесие и шагнула вперед. От ужаса потемнело в глазах — мне показалось, что сейчас камень схлопнется прямо вокруг моего тела, запрет меня в себя на веки вечные и все, что меня ждет — мучительная смерть от удушья.
Но нет…
Рухнув на колени, я проехалась ладонями прямо по острым мелким камешкам и зашипела от жгучей боли, впившейся в руки раскаленными иголками.
На секунду зажмурившись, я несколько раз глубоко вдохнула и вскинула голову, чтобы встретить окружающий мир, каким бы он ни был.
Взгляд мазнул по мощным когтистым лапам, взлетел вверх и уперся прямо в широкую зубастую пасть, застывшую в каких-то пяти футах от моего лица.
— Ой-ей…
Обалдевший от такой наглости хищник пялился на меня с таким же ошарашенным удивлением, как и я на него.
Но недолго…
Острые когти заскрежетали по камню, а из распахнутой пасти вылетел такой рев, что уши заложило. Едва избежав удара длинной мускулистой лапы, я перекатилась по земле и, вскочив на ноги, бросилась к ближайшему коридору, умоляя Саджу, чтобы он не закончился тупиком.
