Микси все еще сжимал ее в своих объятиях. Люда нежно погладила его обнаженные ягодицы.
— Я хочу дочку, — прошептала она. — Мне почему-то всегда больше девочки нравились.
Она очень устала и была абсолютно счастлива.
— А ты будешь моим мужем. Мне с тобой хорошо.
Микси смотрел молча, не понимая ничего из того, что она говорила.
— Да-да! — улыбалась ему Люда. — Так и будет!
Она повернула голову и увидела совсем рядом бумажный лист. Портрет, нарисованный Микси.
— Я так хочу! — шептала Люда. — Я не могу себе объяснить, почему я хочу, чтобы было так…
Протянула руку и взяла бумажный лист. Но это был не ее портрет. Там было старческое сморщенное лицо Кривули.
— Я не могу себе объяснить, — шептала Люда. — Есть вещи, которые объяснить невозможно.
