КОГДА УЖЕ СЛИШКОМ ПОЗДНО
Джордж прекрасно знал, что сегодня годовщина их свадьбы. Но без пяти пять позвонила она, намекнула, как всегда, деликатно, что сегодня у них особенный вечер, попросила зайти в чистку за ее бежевым костюмом и купить к обеду ванильного мороженого. Это был ее третий звонок за день. Разговор всегда заканчивался одинаково:
— Ты меня любишь?— ворковала она.
— Да,— отвечал он, понизив голос, зная, что все равно потребуется безоговорочная капитуляция.
— Да?— наступала она.— А что «да»?
— Но ты же знаешь,— отвечал он. Сдаться без боя — к этому он еще не был готов.
— Ну, Джорджи,— кокетничала она,— ну, что я знаю?
В конце концов он запутывался в сетях ее настойчивого катехизиса и шептал:
— Я тебя люблю.
За соседним столиком мисс Паттерсон сидела с таким видом, словно у нее только что сломался ноготь. Она перелистывала блокнот со стенограммами и тщетно пыталась не прислушиваться к разговору.
Джорджу не удалось добиться, чтобы Элейн не звонила ему на работу по два раза на день, хотя после свадьбы прошло уже три года. Однажды вечером во время телевизионной рекламной передачи он было завел разговор об этом, но, не успев договорить, пожалел о содеянном. Элейн перестала мурлыкать песенку и убрала голову с его плеча. В глазах ее стояли слезы, но подбородок был задорно вздернут. Ему давали понять, что не собираются устраивать истерик из-за таких пустяков.
Но позже, когда он потянулся к ней в постели, чтобы поцеловать на ночь, она молча отвернулась. «Спокойной ночи»,— сказал он. Слова повисли в воздухе— глухо и безответно.
— Элейн,— прошептал он в ночной тишине, но ответа не получил. Так, не прикладывая особых усилий, она одержала полную победу.
На следующий день уже не она, а он звонил ей с работы, смирившись со своим поражением:
— Может, ты найдешь время позвонить мне во второй половине дня?
Он извинился. Она только этого и дожидалась. Телефонные звонки немедленно возобновились: один — до ленча, второй после.
Но время, когда он ждал их с таким нетерпением, уже прошло. Ее способность превращать в приключение покупку четырех телячьих отбивных или нового стирального порошка потеряла свое первоначальное очарование...
Годовщина или не годовщина, только день начинался плохо. Мисс Паттерсон предпочитала, чтобы неизбежное совершалось по графику, и потому завела привычку пить кофе ровно в десять тридцать — в это время обычно раздавался первый звонок Элейн. Но не успела секретарша выйти, как в дверях появился мистер Бойл. Визит был неожиданным: как правило, подчиненных он вызывал к себе в кабинет, этажом выше.
— Джордж,— сказал он,— я как раз закончил просматривать набросок вашего доклада. Если ваши предположения верны, это будет...
Зазвонил телефон.
— ...Это будет потрясающе!
Телефон продолжал звонить, Мистер Бойл указал головой на аппарат:
— Снимите трубку, Джордж.
При первых же звуках ее голоса он прижал трубку к уху как можно теснее.
— Джорджи?
Почему у него в воображении немедленно возникают ее губы, вытянутые трубочкой? А ведь было время, когда ее лепет доставлял ему неизъяснимое наслаждение. Когда же ее манера говорить начала раздражать его?
— Слушаю.— Его голос оставался безразличным и сугубо деловым.
— Миленький-хорошенький, я просто хочу рассказать тебе, как тружусь в поте лица, пока ты сидишь-посиживаешь в своей красивой конторе с кондиционерами. Я вылизала до блеска чулан, на полки положила чистую бумагу, а теперь приступаю к уборке комнат. К нам заглянул мистер Мак-Хью и починил вентилятор. Я таскаю его с собой из комнаты в комнату. Знаешь, когда он был у нас... ох, пусть это будет для тебя сюрпризом. Я ничего не скажу. Нет-нет-нет...
Она вдруг понизила голос и заговорщически зашептала:
— Ну, пожалуйста, Мисс Леди,— так она называла коккер-спаниеля, которого он подарил ей год назад,— ты же знаешь, папочка не любит, когда ты забираешься в его кресло. Подушки снова будут в шерсти.
— Да,— успел вставить он,— конечно.
— Джорджи,— воскликнула она,— в чем дело? Ты ужасно занят, да? Или противный старик стоит у тебя над душой?
— Да,— еле-еле выдавил он из себя.
— Ну, хорошо, я позвоню после ленча,— заволновалась она.
— Бьюсь об заклад, это ваша молодая,— сказал мистер Бойл.— Сразу видно. Приведите ее как-нибудь на ленч, Джордж. Буду рад повидаться.— Он помолчал и взял со стола доклад.— Что ж, дело прежде всего. Пожалуйста, отшлифуйте немного слог и сформулируйте краткие выводы. Директора обращают на это внимание в первую очередь. Постарайтесь подготовить вторую редакцию к четырем часам, чтобы мы успели представить доклад на рассмотрение правления.
...Когда раздался второй звонок, мисс Паттерсон посмотрела на часы. Пятнадцать тридцать.
— Нам осталось доделать еще четыре страницы,— предупредила она.
Джордж подождал, пока за ней закроется дверь, и поднял трубку.
— Я сегодня почти не завтракал,— выпалил он. У нее вошло в привычку справляться по телефону о ленче, поэтому лучше сразу сообщить ей всю информацию.— Десерт тоже не брал,— продолжал он, радуясь, что лжет без запинки.
