Настя побежала к реке и, взбодрившись холодной водичкой, принялась за бутерброды к завтраку. Когда Михаил и Тимофей вылезли из своей палатки, она позвала их: «Мальчишки, идите сюда, у нас уже завтрак готов». И пока они не пришли к столу, Валерка тоже постоянно мысленно держал их под контролем, чувствуя ответственность за людей.
Все расселись за столом. После завтрака Настя спросила: «Валер, а вы с Юркой голодными останетесь?»
«А ты предлагаешь нам бутербродиков?»
«Нет, я предлагаю себя».
Настя сняла шарфик, открыв шею.
«Не надо, Настенька, мы обходимся только ужином. К тому же людям нельзя сдавать кровь так часто. Я думаю, что на ужин у нас сегодня будут белочки, ёжики. А может быть, и покрупнее кто-нибудь встретится. До вечера ещё далеко. А сейчас наслаждайтесь, ребята, чудесным осенним утром. Сегодня суббота. Пусть на два дня все проблемы останутся где-то там. Давайте споём».
Валера взял гитару. Видя, как Настя смотрит на него влюблёнными глазами, он пел для неё, тоже глядя в её глаза:
«Не смотри ты так неосторожно.
Я могу подумать, что-нибудь не то».
После Ады Якушевой пели песни Ю. Визбора, В. Высоцкого, А. Городницкого. Валерка положил гитару и сказал: «Ребята, не скучайте. Хотите, научу вас играть на гитаре? Да мало ли, чему ещё можно научиться. А жизнь ваша скучной теперь не будет, мне так кажется. Раз появился Альберт, то жди вскоре жизни весёлой, вряд ли он оставит нас в покое. Так что приключения скоро начнутся, если мотоциклисты на заправке — это не его рук дело. Вам мало не покажется, ещё надоест». И как будто в подтверждение его слов послышался женский крик со стороны реки. Девчонка, барахтающаяся в воде, явно тонула. Как она там оказалась? На размышления времени не было.
Валерка бросился в воду, на этот раз, даже не сняв ботинки. И только подплыв совсем близко к тонущей женщине, он понял, что не чувствует её, не может на неё настроится. Что за фигня? Значит, она не тонет. Перед ним была вампирша. Что за спектакль? Что надо этой девчонке? Откуда она взялась? Ведь до неё нельзя дотрагиваться, они не были знакомы. Валерка, наверное, долго бы ещё задавал себе вопросы, которые, увы, оставались без ответа, но вдруг услышал: «Ну, что застыл? Слушай, ребёнок, хватай меня за волосы и делай вид, что спасаешь. Не бойся, если будешь держать за волосы, мысли читать не смогу».
Это уже было наглостью. Ребёнком давно его никто не называл. И Валерка решил сделать так, как хотела эта незнакомая вампирша. И что же интересно будет дальше? Пока плыли к берегу, она сказала только: «Алик следит за тобой, береги своих детишек».
Когда девушка со своим спасителем вышла на берег, все пацаны были поражены её красотой. Она смотрела на них зелёно-жёлтыми кошачьими глазами и улыбалась. Ничего себе! Она ведь только что тонула.
«Всем привет! А у вас тут, я вижу, одна девочка на всех. Вы не против, мальчишки, если я разбавлю вашу мужскую кампанию?»
Никто, разумеется, не был против. Все уже были влюблены.
«Мальчики, можно погреться у вашего костра, просушить одежду и волосы?»
Опять же, возражений не было. Прекрасная незнакомка села к костру и стала расплетать косу. Вот эта была коса! До пояса и, наверное, в руку толщиной. Михаил сразу вспомнил строки Некрасова — «Есть женщины в русских селеньях…» представлял эту девушку в сарафане, в кокошнике, несмотря на то, что была она в джинсах и с неё ручьями стекала вода. Тимофей решил взять реванш. Эта красавица должна принадлежать ему. Она ещё красивее Насти будет, пусть Валерка забирает Настюху. Красавица-0русалка расплела косу. По плечам струился каскад каштановых волос.
«Давайте познакомимся. Меня зовут Вероника».
«Я Юрий. Простите, просто потерял дар речи от Вашей красоты».
«Юр, не надо на Вы. А за стихотворение спасибо. Мне ещё никто не читал стихов».
После того как все представились, и знакомство состоялось, Юрка взял гитару.
«Вероника, для тебя „Нежная песенка“ Вадима Левина».
Ещё тогда, когда Юрик прочитал Веронике четверостишие, все поняли, что между ними пробежала искра. А когда он стал петь для неё, всем стало ясно, что у них нет никаких шансов. Юрка с Вероникой так смотрели друг на друга, и он пел только ей:
Мишка шепнул Тимофею: «Пойдём, мы явно здесь лишние». Когда они отошли, Тимка недовольно пробурчал: «Опять не моя. Почему вампирам лучшие девушки достаются?»
