Никто не обращал на него внимания. Всех захватила жестокость в этом бессмысленном бунте внизу на улице.
– Народ Назиры! – он попытался снова, но это было бесполезно. До людей было не достучаться.
Город стал военной зоной.
Антон расправил лацканы своего жакета и в последний раз оглядел себя в зеркале с позолоченной оправой в роскошной гостевой комнате Эвандера.
Эвандеру ничто так не нравилось, как одежда, а мода Эндарриона все время менялась. Он скорее задохнется от вина из магнолии, чем покажется на главной вечеринке сезона с двумя немодно одетыми гостями. Он дал Антону темные, узкие штаны, которые тот заправил в мягкие сапоги, аккуратный кремовый жакет и голубую в цветочек рубашку. Эвандер завершил его образ в своем стиле: шелковым шарфом с розовыми цветочками на шее Антона.
Антон вышел в зал и увидел, как Джуд смотрит вниз через перила. Джуд повернулся, когда Антон подошел, – на его лице отразились ошеломление и смущение.
– Скажи мне, что не собираешься броситься вниз, – сказал Антон. – Все хорошо? Твой Дар?..
– Я в порядке, – быстро ответил Джуд. Он опустил взгляд, прочистил горло. Щеки горели. – Ты выглядишь… по-другому.
– Эвандеру очень нравится одежда, – вздохнул Антон. – Каждый раз приезжая в Талассу, он пытался подарить мне жакет или шарф. Вижу, и ты не спасся от его гнева. – Он кивнул на костюм Джуда, походивший на одежду Антона, но приглушенных серо-голубых тонов. А зеленый жакет подчеркивал цвет глаз. Один из шнурков жакета был развязан и свисал с рукава.
– Напомни, почему мы на это согласились? – спросил Джуд.
– Потому что мы всего в двух часах от нахождения Остроконечного Клинка, – ответил Антон, потом взял рукав Джуда и зашнуровал его. – И к тому же это будет твоя первая вечеринка, Джуд. Волнительный день.
– Я и раньше бывал на празднованиях, – возразил тот. – Орден устраивает праздники в память о Днях пророков.
Антон прикусил губу, чтобы подавить смех.
– Теперь, когда я сам повидал Керамейкос, могу с уверенностью заявить тебе, что там никогда не проводилось ничего, хоть отдаленно похожее на вечеринку. Думаю, на тех мероприятиях группка трезвых мечников тихо ела простые овощи с таким же точно выражением лица, как у тебя сейчас.
– Иногда мы солим овощи, – сказал Джуд, и Антон поднял взгляд – Джуд пытался подавить улыбку.
Антон рассмеялся, Джуд улыбнулся широко, удивленно и довольно. Словно солнце выглянуло из-за деревьев.
Антон понял, что все еще держит рукав Джуда, но внезапно ему не захотелось его отпускать. Ему захотелось подтянуть его к себе, сказать что-то тихое и дразнящее, заставить его покраснеть. Это желание удивило его. Он и раньше флиртовал с Джудом, целую жизнь назад в «Тайном источнике», но то было нечто иное, способ удержать Джуда на расстоянии. А теперь ему просто хотелось снова увидеть его улыбку. Он обхватил запястье Джуда пальцами.
Из другого коридора показался Эвандер. Он представлял собой всплеск ярко-розового и лавандового, жакет был украшен золотыми пуговицами и эполетами с драгоценными камнями. С ушей свисали сверкающие хрустальные серьги, и Антон понял, что ему и Джуду все-таки удалось избежать самых необузданных идей Эвандера.
– Ну, разве вы не красавчики? Видите, что может сотворить небольшое изменение в одежде? – нахмурился Эвандер. – Джуд, что с твоей обувью? Тебе не понравилась приготовленная мной пара?
– Ну…
– Так не пойдет, – сказал Эвандер. – Иди сейчас же переодень эти грязные сапоги.
Джуд умоляюще глянул на Антона.
– Давай, мы уже опаздываем, – сказал Эвандер. Он взял Антона под руку и повел к лестнице. – Встретимся у причала.
Эвандер покачал головой, глядя вслед удаляющемуся Джуду, и повел Антона вниз по ступеням во двор. Теперь, когда солнце село, большая лужайка перед домом освещалась мягким желтым светом ламп. Она тянулась до маленького причала. Вода блестела серебром в лунном свете.
– Будет так весело, – сказал Эвандер. – У меня будут самые интересные гости на всей вечеринке.
– Вообще-то, – сказал Антон. – Лучше… чтобы нас не заметили.
Глаза Эвандера засветились.
– О-о-о, как таинственно. Мне нравится!
– Конечно.
– Ты всегда был очень таинственным, – вздохнул Эвандер. – Я ужасно скучал по тебе во время последней поездки и, боюсь, не могу не спросить, скучал ли ты по мне?
Антон собирал друзей, как Эвандер собирал одежду. Их было легко завести и так же легко забыть. Эвандер обожал его так, как ребенок обожает любимую игрушку, и когда он захотел чего-то большего, Антон не стал возражать.
Но правда состояла в том, что как бы Антон ни наслаждался вниманием и компанией Эвандера, он совсем по нему не скучал. Он едва вообще о нем думал.
А теперь Эвандер смотрел на Антона своими большими глазами, его щеки слегка покраснели, и ждал красивого ответа, под стать красивому лицу сына торговца.
