– Никому не расслабляться, – сказала Шара, когда они добрались до лестницы, поднимающейся ко входу. – Готова поспорить, наш ждут неприятные сюрпризы. Держитесь вместе и будьте настороже.
Они поднялись по ступеням ко входу в гробницу.
– Как нам попасть внутрь? – спросила Нумир, глядя на плотную каменную дверь. – Тут еще одно скрытое послание на древнем языке?
Партения изучила дверь:
– Не вижу никаких ключей.
– Что было сказано в подсказке? – спросил Илья, глядя на Эфиру. – Принеси жертву…
– Не крови, а жизни, – закончила Эфира.
– Что это значит? – спросила Шара. – Жизни?
– Зеркалом, которое привело нас в Сузу, мог воспользоваться только обладатель Дара крови, – медленно произнесла Хадиза. – Так что логично, если здесь то же самое. Что, если под «жизнью» имеется в виду «эша»?
Они все глянули на Эфиру.
Во рту у нее пересохло.
– Я… нет, я не могу этого сделать.
Она не хотела объяснять, что не знала, как взять только часть чьей-то эши, а не ее всю. Она всегда использовала свой Дар только для убийств.
– Возьми мою, – сказал Илья.
Шара глянула на него, словно он говорил на иностранном языке, но Илья проигнорировал ее и закатил рукав.
– Она только что угрожала убить тебя, – предупредила Шара. – Всего лишь день назад.
Эфира сощурилась, подозрительно глядя на Илью. Должно быть, он что-то задумал, раз так легко себя предлагает.
– Сомневаюсь, что вызовется другой доброволец, – заметил он.
И, конечно же, был прав. Он был ее шансом попасть в гробницу, и даже если он запланировал что-то ужасное, она этим воспользуется.
Остальные смотрели, как Эфира подошла к Илье и положила ладонь на его руку прямо над локтем. Она чувствовала, как под его кожей бьется пульс.
Эфира закрыла глаза. Ты справишься, сказала она себе. Словно в голове раздался голос Беру. Она подняла другую руку и положила ладонь на дверь мавзолея. Вздохнула, сосредоточившись на сердцебиении Ильи, а потом почувствовала поток его
Как целители это делали? В детстве она вытягивала и выталкивала эшу чисто инстинктивно. Позже, вернув Беру к жизни, она была так охвачена горем и болью, что едва могла себя контролировать. А став Бледной Рукой, она забирала эшу, чтобы убить, используя любые подходящие средства.
Она была могущественной. Не нежной.
Она подумала о Беру, о том, как оборвется ее жизнь, если Эфира потерпит неудачу. Она почувствовала пульс Ильи и попыталась потянуть его эшу. Ничего. Она слишком сосредоточилась, продумывая то, что десятки раз делала, не размышляя.
Мгновение спустя она почувствовала его руку на своем запястье. Он отцепил ее пальцы и положил их на свое горло. Эфира резко вздохнула, открыла глаза и уставилась на него. Его лицо было напряженным и серьезным, пока она прижимала большой палец к его пульсу. Его кожа была теплой под ее рукой. По спине пробежал холодок.
Дыши, приказала она себе, ограждаясь от всего остального вокруг, пока не стала слышать только его дыхание и бег крови по телу. Она последовала за звуком его эши. Мягко заманила ее, словно машущего крылышками цыпленка, в руку. Он поморщился от неприятного чувства, и отпустила его эшу, словно та обожгла ее. Но она все еще чувствовала ее, словно теплую воду, плескавшуюся о кончики пальцев. Эфира вздохнула и взяла ее в руку, но не тянула, а просто удерживала, действуя инстинктивно, и потом медленно направила ее в свою ладонь, касающуюся двери.
Она пришла в движение, и Эфира убрала руку от Ильи и уставилась на открывающуюся дверь.
– Я… – она это сделала. Не убила его. Даже не навредила ему. Он смотрел на нее, подняв руку к горлу, к месту, где она его коснулась.
– Ну, пойдем? – спросила Шара, помахав им.
Эфира отвернулась от Ильи и вошла первой. Когда они переступили порог, вход за ними закрылся. Пути назад нет.
Шара постучала по своей лампе, пока та не зажглась, освещая собой вход в гробницу. Другие последовали за ней, и, благодаря свету всех фонарей, Эфира рассмотрела, что они стоят в огромном пещерообразном помещении. Она сделал шаг вперед.
– Стой… – предупредила Хадиза.
Остальные ее слова поглотила какофония щелчков, и Эфира упала на землю прежде, чем поняла, что происходит.
По залу пролетела сотня стрел.
Она услышала резкий крик боли за спиной, и через мгновение поток стрел прекратился. Она еще долго оставалась на земле, на всякий случай.
–
– Всегда пожалуйста, – выдохнула Партения, полным боли голосом.
Эфира встала с земли и увидела, что Шара помогает Хадизе встать. Позади них Нумир сидела рядом с Партенией, лежащей на полу и прижимающей руку к груди.
– Зачем ты это сделала? – спросила Нумир, а в голос прокралось отчаяние.
– Просто рефлекс, – ответила Партения.
Внезапно Эфира поняла причину злости Нумир. Партения оттолкнула ее с пути стрел и в результате пострадала сама.
– Рана не кажется слишком глубокой, – сказала Нумир, осматривая поврежденную руку Партении. Та зашипела от боли. – Не будь ребенком.
– Рана выглядит достаточно тяжелой, чтобы ты осталась здесь, – возразила Шара. – Слишком опасно.
