В проеме черных дверей с большими стеклянными вставками стоял заспанный человек. Негр. Я первый раз видела живого негра так близко!
— Тано, где вас с Джессом по ночам черти носят? Не даете спать нормальным людям! Все постояльцы, как постояльцы, а у вас вечные гулянки. Вот, не стану больше пускать, и будете ночевать под дверями! — мужчина, скрестив руки, ёжась, потер плечи. — Где Джесс? Вами тут копы интересовались. Опять что-то натворили?
— Потом все, Датч. Джесс не появится в ближайшее время.
Негр переменился в лице, обеспокоенно глядя на мальчишку.
— Тано, что с Джессом? Он живой?! — и скосив тревожный взгляд в мою сторону, едва заметно кивнул на меня парню, мол, «а это кто?»
— Слава Богу, да. Давай, завтра все. Эта девушка со мной. Джесс ей теперь обязан…
— Идите, — он посторонился, пропуская нас внутрь. — Я покараулю Харлей. Ты же спустишься потом?
— Конечно. Я быстро, — парнишка взял меня за руку и потянул за собой куда-то вбок.
В совсем небольшом фойе было темно. Тани не стал включать свет, подсвечивая себе телефоном. А мне он, в принципе, и не был нужен, я и так все прекрасно видела. Мы поднялись по боковой лестнице на третий этаж, завернули в такой же темный коридор направо, и, миновав пару дверей, остановились у третьей. Пацан начал искать ключи, и не найдя сходу, удивленно захлопал себя по карманам штанов и куртки.
— Подержи, — он сунул мне импровизированный фонарь в руку, заново проверяя карманы. — Чёрт, потерял, что ли? А… Вот, блин, в подкладку завалились. Надо дыру зашить, а то так и инфаркт недолго заработать.
Мы вошли в помещение. Щелчок выключателя — и свет резанул по глазам. Номер оказался двухкомнатным, вполне пригодным для жизни. Правда, порядок в нем никто особо даже не пытался не поддерживать.
— Располагайся. Сейчас проверю горячую воду. Надо будет подождать, пока нагреется. У нас колонка, главное, чтобы вода вообще в кране была. Иногда хозяин в целях экономии отключает ее на ночь, — парнишка зашел в санузел, слышно было, как зашумела вода. — О, тебе повезло! Ну, значит, сегодня ты сможешь помыться, только полотенце достану…
Пока Тани, что-то комментируя, бродил по комнатам, я подошла к окну. Оно выходило на улицу как раз над входом в гостиницу, около которого сейчас стоял байк Джесса. Зажмурив глаза, я представила велосипед мальчишки и транспортировала его с помощью заклинания перемещения, примостив рядом с мотоциклом.
— Ты меня не слушаешь совсем! Что ты там высматриваешь? — пацан кинул в меня полотенцем.
— Да вот, кажется, твою Берту, наконец, доставили. А ты волновался! — я машинально его поймала, вовремя протянув руку.
Парень как ошпаренный подскочил к окну, чуть не проломив лбом стекло.
— Точно! Она, родная! Я даже не услышал, как подъезжала машина! Ее, что, на воздушном шаре сюда притаранили? Чудеса, да и только!
— Как тебе, детеныш, оказывается, мало надо для счастья! — я улыбнулась, глядя на восторженное лицо мальчишки.
— Почему это я — детеныш? Ты на себя-то давно в зеркало смотрела? Зуб даю, ты меня, если и старше, то совсем на чуть-чуть, а, может, вообще ровесница! Больше выпендриваешься, набивая себе цену, — парень тихонько пихнул меня бедром. — Я ведь прав? Сколько тебе? Семнадцать? Только не ври, ты не выглядишь на больше.
— А если мне семнадцать, что же ты тогда спрашивал, понравился ли мне Джесс? Не мелковата я для него буду? Он местный растлитель малолеток?
— Это семнадцать-то малолетка? Ты с луны, что ли, свалилась? У нас в этом возрасте рожают уже. И мужиков не меньше десятка успевают пропустить через себя. Кстати, молодые телки дороже ценится. Если тебя по местным расценкам в бордель продать, думаю, за такую нереалку, прилично отвалят.
— Ты что несешь, придурок? — я оторопела.
— А что? — пацан ехидно улыбнулся. — Тебя еще никто ни разу не покупал? Цену своей целке набиваешь?
— Я не товар, чтобы меня продавать и покупать! Еще что-нибудь в этом роде ляпнешь, и я отсюда свалю.
— Да ладно тебе! Я же пошутил. Насчет продажи в бордель шучу, конечно, — мальчишка, продолжая улыбаться, погладил меня по голове. — Ты бесценна! А все остальное — суровая правда жизни. Здесь всё именно так и выглядит. К сожалению. Потому я и хочу, чтобы Джесс тебе понравился. Ты необычная, от тебя светлым и чистым за километр несет. Ложись в моей комнате, там белье еще свежее, недавно менял. А я у брата на диване посплю, — Тани отвел меня в комнату поменьше, сдернул с односпальной кровати замызганное покрывало, бросив его рядом прямо на пол. — Я пошел ставить на отдых малышек, а ты мойся — и спать.
Парень ушел, а я, быстро ополоснувшись, легла и мгновенно уснула.
