Когда на исходе был четвертый час, я заметила периферийным зрением стоящий позади меня силуэт. Не прерывая энергетического взаимодействия с полем Жизненного духа, я скосила глаза, чуть повернув голову, и про себя сругнулась: силуэт коматозника! Уж что-что, а после своего легендарного общения на Земле с господином якудзой, я точно понимала, к какой категории относился появившийся рядом фантом! Не меняя позы, я обратилась к Деду:
— Эол, Окори впала в кому. Мне нужно что-то предпринимать по этому поводу?
— Поговори с ней. Настройся на ее сознание и попробуй убедить остаться здесь, никуда не улетать от тела.
— Поняла. Попытаюсь.
Легко сказать! У меня и так была нагрузка на грани возможного. Но я немедленно начала настраиваться на ментальное общение с фантомом женщины. Однако дальше астрального плана пройти не удалось.
— Окори, почему ты здесь стоишь? Меня зовут Тэя, я хочу тебе помочь. Физически у тебя нет проблем, которые бы могли привести к коме. Почему ты покинула тело? Ты хочешь уйти?
— Тэя? О, кажется, знакомое имя… Да, я собираюсь уйти. Но сначала хочу кое-что увидеть.
— Разве не важнее быть со своими детьми, дарить им свою любовь, наблюдать, как они растут, как складывается их жизнь?
— Нет. Эти дети не мои.
— Как не твои? Ты их выносила, в них твоя частица, твой род вложил в них свою надежду, силу и ресурс.
— Ах, да… род. И у моего мужа тоже род. Так это из-за родовых проблем Грерсы со мной так обошлись?! Если я уйду, вероятно, Торита будет счастлив, что так легко от меня избавился… Проклятый род продолжится, а я этого не хочу!!!
— Торита? Твой муж?
— Да. Хочу посмотреть, как он примет этих детей, что́ он в них будет видеть. Пока останусь в коме, иначе мне этого не узнать, если сразу уйду в Безвременье. Хочу видеть, как Торита будет мучиться, глядя на них и вспоминая все, что связано со мной в его уродливом мозгу! Хочу, чтобы его скручивало узлами, вытягивало жилы, когда он будет ненавидеть своих ублюдков!!!
— Они твои дети, а не ублюдки! Они тебя любят и хотят помочь! Они просят, чтобы ты осталась, просто молят об этом! — я была в шоке от того, что услышала.
— Дети? О, да! Это боль и зло! Их не должно было быть! Если бы они меня любили, они бы ушли вместе со мной, а не приходили в грязь и позор, туда, где их мать мучили и растаптывали ее достоинство! Не цеплялись бы за жизнь и друг за друга, как пиявки! — фантом начал местами темнеть, покрываясь расползающимися, словно гигантские пауки, ржавыми пятнами.
— Ты сейчас говоришь из боли и обиды. Подойди, посмотри на своих детей, а еще лучше пообщайся с ними в тонком плане. Это еще возможно, пока идет операция. Если ты сейчас уйдешь, не разобравшись, почему все так произошло, возможно, в следующем воплощении твои задачи будут гораздо сложнее.
— Не тебе меня учить!!! — голос фантома сорвался на визг, а потом стал скрипучим, как сухое старое дерево на ветру. — Будешь на моем месте, посмотрим, как ты сможешь выдержать такое…
— Окори, я сейчас чувствую все так же, как и ты, мне передается твое состояние, потому что я — эмпат. И все же прошу — пообщайся со своими детьми! Это тебя ни к чему не обязывает. Если ты захочешь уйти, ты уйдешь. Удержать насильно тебя никто не сможет. Тебе дали свободу выбора, и как поступать — решать тебе. Но ты же ведь способна сделать этот выбор из блага для себя и своих детей? По крайней мере, тогда, уйдя к Сущему, ты сможешь себе сказать, что сделала все возможное, находясь здесь, в своем физическом воплощении.
— Я не испытываю сейчас ничего, кроме ненависти и апатии. У меня нет желания видеть и общаться с этими… уродцами.
— Окори, они уже не уродцы. Подойди и убедись в этом прямо сейчас.
Я почувствовала, как в астросоме роженицы появилось дребезжание, разгоняющее мелкую рябь по полевым структурам. Ага! Сомнение зародилось! Это уже было хорошо. Некоторое время ничего не происходило. Затем фантом Окори резко переместился к операционному столу. Я, облегченно выдохнула, прекратив взаимодействовать с чужим астралом. Что смогла, я сделала. Дальше все зависело от женщины. Теперь она сама должна была сделать свой осознанный выбор, который помог бы ее душе, ее роду и ее детям.
К этому моменту все основные манипуляции по разделению младенцев были уже завершены. Целители занимались направленным восстановлением нормального функционирования органов и систем малюток. Мне позволили вернуть текущее время в локальный мирок операционной, его больше не нужно было замедлять или останавливать. Теперь я просто поддерживала и усиливала исцеляющий энергетический поток.
Я не сразу заметила, как пропал фантом Окори. Обратив, наконец, на это внимание, я сначала забеспокоилась, но потом, здраво рассудив, отпустила ситуацию, над которой была уже не властна. Выбор был только за девушкой. А я, если что — молодец, постаралась! Так что винить себя за дальнейшее с моей стороны было бы просто глупостью.
