Конечности закоченели. Резко утратив способность спокойно дышать, Сана приняла рапорт, подписанный на имя пая Теода. Некий прэндэ дворцового караула не смел указывать источник полученной информации, но клятвенно заверял, что знает о близости Кайнейро сён Лимпак и её Стража. Касандра шевельнула желваками и застыла, не зная как себя вести.
— Это клевета, — потерянным голосом пробормотала Сана, мелко замотав головой, — Этого не было!
— Станете отрицать?
Девушка подняла на Барнеуса гневные глаза. Эмоции хлынули наружу.
— Разумеется, буду! Что бы Вы сделали на моём месте?! Стали бы смотреть, как по Вашей чести потоптались?!
— Разумеется, нет, — присел на край стола Тремиш, — Тем более, я всё понимаю — для девушек подобное особенно больная тема. У меня есть для Вас, в таком случае, способ решения проблемы.
Касандра выжидательно на него смотрела. Уже понимала, что попалась, но слабая надежда продолжала трепыхаться. Какой-нибудь договор? Что-то потребует взамен молчания?
— Я даже уже всё подготовил, — алхимик обогнул стол и достал из шкафчика под ним коробку. Сана стиснула зубы, чтобы не выругаться, — Выпейте это и мы с Вами честно обо всём поговорим. Не хотелось бы огорчать Его Величество потерей такого ценного сотрудника.
Барнеус улыбнулся и Касандре захотелось врезать ему между глаз. Даже если потом будет болеть рука и запястье откажется двигаться на пару дней.
— В этом нет нужды, — судорожно выдохнула девушка. Оставаться на отчаянно тонущем судне совершенно бессмысленно, — Я признаю, что связь имела место быть.
— Что ж, миледи, — развёл руками мужчина, — В таком случае, по правилам, я вынужден...
— Я знаю правила, лорд Тремиш.
Касандра поднялась на подкашивающиеся от волнения ноги. Внутри всё ещё клокотали эмоции: гнев на доносчика, обида на себя саму, доля злости на Владислава и что-то ещё. Тёмное, мерзкое, но сейчас показавшееся таким притягательным.
— Я сейчас же отправлюсь собирать вещи и оставлю Вас здесь с вашими грязными правилами. Если в столице понятия не имеют о контрацепции, доступной простой магией, то это сугубо Ваши проблемы!
— Кайнейро, я попрошу Вас...
— Нет, это я попрошу
Касандра рваными движениями достала из сумки свои записи и швырнула на стол к Барнеусу.
— Пожалуйста! Это то, над чем я работала, все мои достижения! Вас, наверное, не обрадует и следующая новость — всё это время...
... — Нами всеми вертит, как хочет, один мужчина и Вами — в том числе. По его воле Вы приняли моё резюме, он же сделал так, чтобы оно попало к королю. Ручаюсь, что Станислава мертва по причине тех же тёмных делишек! А Вы, повторюсь, самый мерзкий тип из всех, что мне довелось повидать на своём веку! Никогда не встречала человека подлее! Вы убили леди Лимпак, уничтожили родовое поместье, покушались и на мою жизнь. После всего этого, лорд Тремиш, Вы смете говорить о честности?! Силе духа перед Тьмой и добродетели?! Идите к чёрту. Вы и Ваша гнилая система, правила — Цитадель тоже можете прихватить! Да, я спала с ним и, знаете что? Мне понравилось! В этом наёмнике чести больше, чем в вас!
— Даже если я скажу, что специально приставил его к Вам ради шпионажа? — герцог держался достойно, но так плотно обхватил спинку стула, что костяшки побелели.
— Он не шпионил для Вас, идиот, — усмехнулась Сана, — В противном случае, в доносе был бы совершенно другой текст.
— Так даже лучше. Идите, собирайте вещи. Я пришлю стражу через два часа. В любом случае, Ваши опыты никому здесь не пригодятся.
— Значит, пригодятся Сопротивлению, — сквозь зубы процедила Касандра, разворачиваясь к выходу.
— Что?!
— Что слышал!
Девушка хлопнула дверью и, не останавливаясь ни на мгновение, быстро пошла в сторону покоев. О лаборатории можно забыть.
— Что случилось? — голос у Владислава был крайне встревоженный.
— Я уволена, — только огрызнулась Сана.
Буря внутри постепенно укладывалась, оставляя только мрачное удовлетворение. Прагматик в кои-то веки был согласен со столь импульсивным поступком.
Если алхимик отправится с этими бумагами к королю, то совершенно ничего не выиграет. Может, за Саной и придут, но и она молчать не станет. Потащит Тремиша за собой в могилу — туда ему дорога. Попробует убрать по тихому — пусть. Барнеус так и так попытался бы это сделать снова. Касандре стала сейчас абсолютно безразлична своя судьба. Терять больше нечего и некого, игра в ва-банк. Либо она откроет на наследные деньги алхимическую лавку, либо умрёт в скором времени.
Такая постоянная близость со смертью могла либо свести с ума, либо привести к безразличию.
— Куда отправишься теперь? — Влад подпёр спиной стену, наблюдая за сборами девушки.
