перемирия часто просила –
не нужны победители в битве
колких слов с нереальною силой.
Ты ж – держался в баталиях ловко,
проявляя свой творческий гений,
и с иронией едкой и лёгкой
высевал щедро зёрна сомнений,
обрубал перспективы так страстно…
Иглы фраз проникали под кожу,
а душа разлеталась на части…
Горьким словом, прошу, не тревожь уж…
Если болью заполнится чаша
и накроет эмоций волною,
то сочить кровь из ран будет чаще.
Что же делать тогда нам с тобою?
Для чего нам словесная гонка?
По душе больше слово живое,
что струится и льётся легонько,
нашу жизнь наполняя любовью.
Бьёшься словом порой невозможно ты,
аж на части летит душа.
Попадаю на край гулкой пропасти,
рефлексивно свой мир круша.
Зажигающий эксперимент творишь,
с интересом следя за мной:
продержусь сколько, выдержу странный ритм
и накроет когда волной?
Как на то, все слова, что с любимых уст,
весь поток твой ловлю собой,
ощущая в мгновение радость, грусть
сразу телом всем и душой…
То на крыльях лечу в небеса на раз,
если даришь свою любовь,
то от мрачных гнетущих и колких фраз
опускаюсь на дно, с мольбой…
И мой нерв оголён, в миг любой пойдёт
замыкание пылких чувств…
…Не касайся меня ледяным дождём,
чтоб узнать, как я током бьюсь…
Меня идеальные люди вскружили
хрустальной волшебной мечтой,
торжественным миром в изысканном стиле
легко поманив за собой.
В их жизни красивой шаг влево, шаг вправо
затянут железным ремнём,
а правила, нормы доводятся браво,
внедряются догмы во всё.
Попасть в этот круг как же хочется остро,
спешу на пленительный свет,
вдыхаю студёный пронзительный воздух,
мороз выдыхаю в ответ.
Вещаю лишь то, что услышать желают,
чтоб в моду чужую войти.
Внутри – возмущение, я выгораю,
идя по такому пути.
Теряю отчаянно всю самобытность,
уж думаю как большинство.
Высокая и идеальная личность
зажала моё естество.
Мой внутренний мир беспощадно раздавлен
красивою глыбою льда.
Исчез вдруг надежный и крепкий фундамент,
а в сердце закралась зима.
И в мире хрустальном холодном и звонком
блуждает живая душа,
она затерялась в возвышенной гонке,
свой путь идеальный верша.
Прекрасный взор глубок, открыт и чист,
копна волос, уверенная стать.
«Ходи, танцуй и смейся, но молчи!» –
такой совет ей принято давать.
Все на прицеле держат жизнь её:
кто – сладострастно, с мыслью про искус,
а кто – направив критики ружьё,
словами больно бьёт, войдя во вкус.
Ведь красоту ей дамы не простят,
злорадство, ревность, зависть – их контент.
И пересуды мчатся по пятам.
Но лишь смельчак ей скажет комплимент.
А чаще смел, кто дерзок и чванлив,
несёт банальность просто, на раз-два.
