Хед и Мар скрылись под сенью разлапистых кордов и не увидели уже, как в тот же миг Гул стал отчаянно стараться дотянуться до ножа носком сапога.
– Как думаешь, он протянет до утра? – спросил упыря Хед.
– Сложно сказать, – пожал плечами тот. – Я бы на это не надеялся. Но от такой падали, как Гул, всего можно ожидать.
Старейшина тем временем исхитрился достать нож и принялся отчаянно тереть лезвием толстые веревки. Насилу справившись с путами, он лихорадочно огляделся. Треск жуков-мясоедов становился всё громче. Один из них заполз ему в рукав и болезненно впился в запястье.
Гул вскрикнул, силясь скинуть кровожадное насекомое, но жук сидел, точно приросший. Оторвать его старейшине удалось только с мясом. Гул побелел и попятился. Дыхание его сделалось прерывистым и частым. Приметив на земле с десяток жуков-мясоедов, он развернулся и бросился наутек.
– Мар! Хед! – заорал он. – Не бросайте меня с ними одного!
Упырь, заслышав вопли издалека, болезненно поморщился.
– Вот же изворотливый гад!
Хед недоверчиво оглянулся.
– Скажешь, он освободился?
Мар кивнул.
– Освободился, несется в нашу сторону и своими воплями сейчас всех здешних тварей позовет на пир. – Он досадливо сплюнул. – И ведь предупреждал его под страхом смерти не идти следом!
Кусты терновника затрещали. Гул был уже почти у цели, как вдруг несколько острых палок взметнулось с земли. Со свистом взрезав воздух, они пронзили старейшину насквозь. Гул захрипел, изо рта полилась кровь. Недоуменно он оглядел побуревшую грудь, пробитую в нескольких местах. Голова его поникла, и он затих навеки.
Мар и Хед ошарашенно переглянулись, но вскоре верх взяла тревога.
– Это еще что такое? – нахмурился кузнец. – Мы ведь только тем путем пришли.
Мар осторожно приблизился. Палки походили на старательно наточенные копья, только без железных наверший. Но исходили они из-под земли. Это не было хитроумным капканом. Это было растение.
Упырь в раздумье склонил голову набок, как вдруг глаза его широко распахнулись. Он оглянулся на охотника, жестом приказал ему не приближаться и двинулся назад, стараясь при этом не издавать ни звука. Лишь оказавшись подле Хеда, Мар перевел дух.
– И что это было? – тихо спросил его Хед.
– Меч-трава, – ответил упырь.
– Меч-трава? – недоверчиво вскинул брови кузнец. – Впервые слышу о такой.
– Она очень редкая, – ответил Мар. – Отзывается на движение и громкие звуки. Мы шли тихо, а Гул вопил как блаженный. Вот она его и забрала.
– А что она будет с ним делать? – вопросил Хед.
– Пить его кровь, – ответил Мар. – Так меч-трава наполняется соками.
Кузнец вдруг отшатнулся и указал пальцем в сторону тела.
– А эти, видимо, будут есть.
Упырь пристально пригляделся и снова цокнул языком. К телу Гула уже сползались жуки-мясоеды.
– Именно. Кровь и мясо. Кто бы мог подумать. Гул и вправду закончил как его несчастные жертвы.
– Как бы и мы не погибли с ним заодно, – отозвался Хед. – Пойдем уже отсюда. У меня от этой картины кровь стынет в жилах.
У ворот их уже поджидали. Тэя сперва бросилась к Хеду, потом обхватила руками тощего Мара.
– Она тревожилась о вас, – мягко улыбнулась Хейта.
– Не уходите, – с чувством проговорила Тэя. – Вы нужны здесь, на границе.
– Мы бы рады остаться, – тепло ответил Гэдор. – Но таких границ в мире немало. Наша помощь нужна и там.
– Ты будешь в надежных руках, – улыбнулась Хейта, кивнув на Хеда.
Тэя непонимающе покрутила головой.
Хейта округлила глаза.
– Ты ей не сказал?
– Не успел, – ответил тот.
Положив руку на острое плечико девочки, он ласково заглянул ей в глаза.
– Мы с сестрой хотим, чтобы ты осталась у нас.
Тэя переступила с ноги на ногу.
– А я вас не стесню?
Хед рассмеялся.
– Ну что ты! Как такая маленькая девочка может кого-нибудь стеснить? – пошутил он.
Тэя довольно заулыбалась.
– Благодарю. – И она повисла у него на шее.
Распрощавшись с Тэей, Дэйром и Хедом, друзья вышли на дорогу. Кузнец, снискавший после похода против хоргов уважение всей деревни, распорядился одарить странников за помощь сокровищами из тайника Гула. Они отказываться не стали, но и много не взяли, ибо хорошо понимали: зима не за горами, а после такой беды людям требовалось много средств, чтобы оправиться.
Друзья по обычаю стремились уйти от деревни, чтобы не пользоваться камнем у всех на виду, но далеко уйти им не дали.
– Куда собрались, страннички?
На дороге стояла Мерек. Змеиные глаза ее сверкали безумием и нетерпением, длинный подол черного плаща трепал ветер.
Друзья замерли, на лица их пала тень.
– А ты здесь откуда? – вопросом на вопрос ответил посуровевший Гэдор.
– Да так, – прищурилась она. – Была неподалеку, услышала про вас. Решила поздороваться.
– Хорош языком чесать, – бросил Мар. – Говори, что тебе нужно.
– А ты за словом в карман не лезешь, – сверкнула глазами Мерек. – Но ты прав, кровосос. – Она перевела взгляд на Хейту. – Я прилетела за тобой.
Девушка хмыкнула.
– Значит, зря летела. Сколько раз повторять, я с тобой не пойду.
Химера довольно осклабилась, обнажив крепкие острые клыки.
– Пойдешь как миленькая. Когда выслушаешь, что я хочу сказать.
