Как в свое время египетские и римские жрецы, так и руководители христианской церкви усложнили свой календарь. Никто, кроме них, не мог разобраться в путаных расчетах праздничных дней. Но зря они мудрили: основа пасхалий — неизменный 28-летний солнечный цикл и 19-летний цикл фаз изменчивой Луны.
Сложнее всего было точно определить на несколько лет вперед, когда именно наступят первые весенние полнолуния. С этой астрономической задачей руководители церкви справлялись плохо. Они не умели вычислять даты полнолуний и довольствовались строгим выполнением церковных правил, которые приводили и до сих пор приводят к грубым ошибкам.
В этом легко убедиться при помощи рисунков на стр. 164 и 165. В 1967 году полнолуние пришлось на 24 апреля, а 1 апреля в этом году было в субботу, 2 апреля — в воскресенье, значит, ближайшее после полнолуния воскресенье наступило 30 апреля. Это и был первый день православной пасхи. Однако такая удача случалась далеко не всегда.
В 1968 году, например, полнолуние пришлось на 13-е число; в первое воскресенье после него — 14 апреля — и должна бы начаться пасха, а праздновалась она 21 апреля. И в 1969 году — рассчитайте сами — пасха должна быть 6 апреля, а будет 13-го числа.
В общем, из 24 пасхальных воскресений за 1946–1969 годы правильно, в первое воскресенье после первого весеннего полнолуния, пасха начинается только 11 раз — меньше половины! А в остальных случаях допущены ошибки на неделю, и самый важный религиозный праздник христианства отмечается в «неположенные» дни. Даже для верующих, если бы они разбирались в этом вопросе, пасхальный праздник утратил бы значение годовщины со дня «воскресения» Христа. Не станем же мы отмечать, например, годовщину Праздника Победы то 9 мая, то 16 или в какое-нибудь другое число.
Почему же церковь мирится с такими грубыми и, казалось бы, нетерпимыми ошибками? Прежде всего потому, что полнолуния рассчитываются по 19-летнему Метонову циклу, а он, как вы знаете, высокой точностью не отличается (см. стр. 94–95). Есть и другие причины, с которыми вы скоро ознакомитесь.
Сначала Никейский собор прочно спаял христианские общины. Руководители их, епископы, послушно выполняли волю императора. Через пять лет после собора Константин перенес столицу из Рима в город Византию, украсив ее величественными дворцами и храмами. Позже этот город был по имени «боголюбезнейшего» изверга-императора назван Константинополем.
Богатела новая столица — перекресток важнейших торговых дорог, морских и сухопутных: из Черного моря в Средиземное, из Азии в Европу. Богатела и церковь: беззастенчиво грабила она языческие храмы, беспощадно расправлялась с давними своими врагами и соперниками — языческими жрецами.
В 391 году толпа разъяренных христиан-изуверов, натравленная епископом Александрийским Феофилом, разрушила храм Серапеум. Невежественные фанатики уничтожили сотни тысяч хранившихся в храме редчайших рукописей знаменитой Александрийской библиотеки. Так начались погромные походы христианства против науки, литературы, искусства. С особенной ненавистью и злобой громили и сжигали невежды древние рукописи.
Одной из жертв озверевших мракобесов в 415 году стала знаменитая Гипатия. Талантливая женщина славилась среди александрийских ученых как выдающийся математик и философ, автор многочисленных трудов. Говорят, что она усовершенствовала астролябию, важнейший в то время мореходный прибор, и составила новую таблицу планетных движений, также необходимую капитанам и штурманам.
Горше всех зол возненавидел Гипатию архиепископ Александрийский Кирилл, племянник Феофила, разрушителя Серапеума. Кирилл считал язычницу Гипатию чуть ли не главным врагом христиан и потихоньку, исподволь готовил кровавую расправу над ней. По городу стали распространяться зловещие слухи о чернокнижнице Гипатии, которая в союзе с дьяволом затевает коварные козни против христиан.
Когда распаленная Кириллом ненависть достигла высшего накала, архиепископ натравил мракобесов-христиан и монахов-изуверов на давно намеченную жертву. Вот что рассказывает об этом английский историк Э. Гиббон: «Гипатию стащили с ее колесницы, раздели догола и поволокли к церкви; чтец Петр вместе с кучей диких и бесчеловечных фанатиков безжалостно били ее, сдирали кожу устричными раковинами и затем бросили ее трепещущее тело в огонь».
