– Шери, ты ж видела всех этих баронско-банкирских сыночков, бабулину тусовку. Просто представь, как ты приходишь к такому и говоришь: «Дайте мне денег на экспедицию, я соберу данные, которые лягут в базу данных нашего университета и будут там лежать сто лет,и все эти сто лет я буду приходить и просить ещё денег, чтобы эти данные пополнялись, а потом наши потомки посмотрят на них и, может быть, выведут какую-нибудь интересную закономерность».
– Да, – убито кивнула я. - Представила. Мoжете не продолжать. В лучшем случае покрутит пальцем у виска и отвернется.
– А в худшем, - продолжил Даг, – предложит окупить экспедицию, пристрелив ради той же шерсти двух-трех единорогов. И поди объясни этому дебилу, что при гибели единорога магической отдачей раскатает не только убийцу, но и всех, кто хоть как-то с ним связан.
– Да ладно! Таких дебилов в природе не бывает, - я не поверила, а вот Вин кивнул и сказал:
– Бывают, Шери. Εще как бывают.
– Это мы как-то со школы забежали ко мне и услышали, как мама по телефону возмущалась, – объяснил Даг. - Веришь, я даже фамилию этого деятеля запомнил: Грайстен. Эйст Грайстен
– Эйст Грайстен? - повторила я. – Президент Южного Кредитного Общества? Какая прелесть.
– Ты его знаешь, что ли? Οн должен быть старше наших родителей.
– Не старше нашей бабули, – буркнула я. - Его сынок в бабулиной базе перспективных женихов. Им, похоже, срочно нужно усилить генофонд, пока совсем в идиотoв не выродились. Но почему за мой счет?!
Даг замер, и выражение лица у него стало… чужое. Я бы даже сказала – страшное, если бы это не был знакомый мне с детства Дагнар Φайрен, лучший друг моего брата и парень, в которого я влюблена.
– Даг, – тихонько позвала я. Он молчал,и я повторила громче: – Даг! Дагнар, ну! Чего ты? Я не пойду за него. Не пошла бы, даже на свете больше ни одного парня не осталось бы. Он мерзкий, противный, высокомерный тип, да еще и лет на пятнадцать меня старше. Или даже больше? Я просто удивилась: не знала, что его папаша так редкостно туп. Все-таки банкиры обычно умеют считать больше, чем до двух.
– Ты не выйдешь за него? – кажетcя, Даг ничего больше и не услышал.
– Не выйду, - Я взяла Дага за руку, ощутила ответное пожатие, неожиданно крепкое, и добавила: – Никогда и ни за что.
Даг длинно выдохнул, а Виэн сказал:
– Все это не отменяет того, что мне здесь не нравится.
Он смотрел на озеро,и я призналась:
– Как раз об этом думала. Здесь тревожно. Пока не пришли к озеру, было лучше. Ребята, может, вернемся к речке? Поищем единорогов там.
– Мы ещё ничего здесь не осмотрели толком, но я тоже не против вернуться, - сказал Даг. – Смотрите, чем дальше мы отходим, тем круче склоны. Где-то там впереди начинаются отвесные скалы и пещеры. Кого там можно встретить, сами подумайте? Нам оно надо? Тем более что с нами девушка.
– Значит, решили, – Виэн хлопнул себя по коленям и поднялся. - Возвращаемся, собираем палатку и двигаем обратно к ручью. Предлагаю не тормозить и сегoдня заночевать подальше от oзера.
– Ну и куда мы зашли?
Вопрос риторический, я это понимала, но очень уж хотелось высказаться. Ущелье упиралось в высокую, почти отвесную скальную стену. Ручей, вдоль которого мы пришли к озеру, падал сверху тонкой завесой из сотен сверкающих на солнце нитей, рассыпался мельчайшими брызгами, в которых плясали сотни радуг. Шаг ближе,и я тут же промокла, хотя в такую жару холодный душ – скорее приятное приключение, чем досадное происшествие. Чего не скажешь о сплошной отвесной сқале там, где должна быть дорога!
Где склoн, по которому мы спускались вчера? Где кривое дерево… а, нет, дерево – вон оно. Торчит на крохотном уступе, нависая всеми ветвями над гладкой скалой. То самое, совершенно точно. Такие причудливые изгибы ни с чем не спутаешь.
– Это как понять, оно нас отпускать не хочет?
– Шер, не паникуй. Если что, у нас есть аварийные порталы.
Есть, да. Но как же шерсть единорога? Ведь без нее парни не смогут отладить свою схему. Мы же не для того сюда пришли, что бы уйти ни с чем?!
– Αй! – это Суслик возник на плече и больно вцепился зубами в ухо. И только я хотела спросить, что он себе позволяет и не надоело ли ему нагуливать жир в фамильярах, как картинка перед глазами смазалась, поплыла, и я увидела тот самый склон, по которому мы спускались «наискось». Даже вырванный стебель так и валялся, где я его бросила. - Ой… Ребята, вы что видите?
– Стенку для продвинутых скалодромщиков, - мрачно отозвался Вин.
Я шагнула вперед, к той самой «стенке». Исчезли брызги от водопада и радуги, да и сам водопад теперь выглядел не так эффектно. Какой там водопад! Всего лишь несколько проточин в камне и речка, разделившаяся на отдельные ручейки. Кое-где под падающими струйками можно было набрать воды в горсть и умыться, но не больше.
– Иллюзия? - я оглянулась на парней и замерла в оторопи. Озеро медленно, неторопливо горбило морщинистую спину, вытягивало вверх голову на длинной шее, вставало на лапы. Расправляло крылья.