— Да, Серега, я все прекрасно понял. Скажу больше… — Сейфулин кашлянул решительно. — Я давно мечтал вставить х… в задницу одной из мировых компаний. Теперь, благодаря тебе, представилась отличная возможность. И мои люди уже работают по всем направлениям. Ты, главное, не подведи. С моей стороны кидалова не будет — клык даю. Но и с твоей стороны…
— И с моей стороны кидалова не будет. Я, вернее, моя компания, отвечает за базар от первого до последнего слова. Вместе с первой партией золота придет и первая партия алмазов. Уже ограненных алмазов. Бриллиантов… ну, ты понял… Я лично буду контролировать в Севастополе процесс. Там и хлопнем на брудершафт. И еще… Моя компания желает купить парочку нефтяных и газовых месторождений в России. Как с этим, поможешь?
— Без проблем. Отработаем и эту тему. Можно купить и в Азербайджане, и в Казахстане, и в Узбекистане. Там даже проще. Но все равно — без проблем.
— О'кей, Рава. Давай, до встречи!
— Давай, братишка, работай!
«Рановато я стал тебе „братишкой“, — саркастично отметил Док. — Но посмотрим, посмотрим… Время покажет».
— Сергей Николаевич, до встречи осталось пять минут.
— Этих пяти минут, Игорь, как раз хватает, чтобы дойти до зала приемов и с последним ударом часов предстать перед высокими гостями. — Док еще на мгновение задержался перед громадным зеркалом, поддернул вверх высокий воротник белоснежной рубахи и, ерничая, показал себе язык.
— Точность — вежливость королей? — Секретарь-референт с изысканно уложенной шевелюрой тонко улыбнулся и понимающе кивнул.
— И финансовых воротил вроде меня, — хохотнул Док.
Своего секретаря Игоря он выбирал долго и придирчиво — из трех сотен кандидатур. Зато отношения, которые теперь сложились между ними, смело можно было назвать искренними и дружескими. Док относился к секретарю по-отечески и мог сказать положа руку на сердце, что ему хотелось бы именно таким видеть родного сына. Русоволосый красавец двухметрового роста, интеллектуал и интеллигент в пятом поколении! При этом отнюдь не изнеженный самовлюбленный Нарцисс — второй дан каратэ, школа Шато-кан, мастер спорта по альпинизму. Все у парня при себе. В свободное время (честно говоря, в последний год этого у Дока было предостаточно) он научил Игоря «коронным» приемам дзю-дзюцу и стрельбе «по-македонски» — с обеих рук одновременно. Секретарь платил ему взаимообразно — искренней сыновней преданностью и почтительностью. А в свободное время охотно давал Доку уроки придворного этикета и международного политеса.
— Но у нас, Сергей Николаевич, еще один, незапланированный, гость.
— Кто такой? — нахмурился Док.
Незапланированных гостей он терпеть не мог — неискоренимая привычка, оставшаяся в наследие от Зоны.
— Мистер Майкл Чандлер — Генеральный директор ЦРУ.
— О! Это хорошо, Игорек! Это значит, что крысы зашебаршили. Что ж… Встреча неофициальная, без протокола и без галстуков, инициаторами встречи выступали они. Я ответил: в любом представительском составе, в любое удобное для них время. Но! На моей территории. А если одним из представителей мирового сообщества избран шпион, хоть он и Генеральный директор Центрального Разведывательного Управления США, с этим Миром не все в порядке. Согласен?
— Абсолютно и полностью.
Трехъярусный отель в Каннах, где Док арендовал целый этаж, нельзя было назвать фешенебельным, респектабельным или просто роскошным. Ни один из этих эпитетов не подходил к протокольному гостиничному заведению, в котором ночевали, столовались и тусовались лишь высшие сановные особы первых государств Мира. Изысканная простота, созданная руками величайших современных мастеров всех направлений — столяров, каменщиков, художников, архитекторов, сантехников, дизайнеров, — соперничала, но самым немыслимым образом гармонично сочеталась с вычурной лепниной мастеров прошлых веков. О вышколенном персонале отеля вообще говорить не приходилось. Он, этот персонал, попросту отсутствовал. И, казалось, все в отеле происходит по мановению некой волшебной палочки: постель застилается сама по себе, стулья и кресла сами становятся на место, обеденный стол сам сервируется столовыми приборами восемнадцатого века, которые так же незаметно потом растворяются в пространстве.
Док, утопая в бархатном ворсе ковра, неспешно проследовал длинным прямым коридором и уперся в двустворчатую дверь, которая, как и полагалось в этом волшебном заведении, распахнулась сама собой. Док с порога подарил присутствующим широкую улыбку и радушно развел руками.
— Рад вас приветствовать, господа!
Собрался весь цвет мирового сообщества в количестве пяти человек. Правда, господина Чандлера к «цвету» можно было отнести с большой натяжкой. Остальных четверых — безусловно и по заслугам. Господин Ли Сунь Чжань — Генеральный секретарь ООН. Господин ван Райцигер — действующий Председатель Европарламента. Господин Поборски — глава ЮНЕСКО. Наконец, господин Лайтерман — крупнейший финансист всех времен и народов.
